Песнь о Роланде. Коронование Людовика. Нимская телега. Песнь о Сиде. Романсеро

Часть 16 из 143 Информация о книге

LXXV
Вот скачет Эскреми [73] вдогонку прежним,
Владеет этот сарацин Вальтерной.
Кричит он громко королю неверных:
«Я в Ронсеваль смирить французов еду!
⁹³⁵Роланд погиб, коль там его я встречу,
Погибнет Оливье, кто всех смелее,
Предам я с ним двенадцать пэров смерти,
Французский край навеки опустеет.
Карл не найдет таким бойцам замены».
Аой!

LXXVI
⁹⁴⁰Вот Эсторган‑язычник подскакал,
За ним Эстрамарен [74], его собрат,
Душа у них коварна и черна.
Король сказал: «Приблизьтесь, господа.
Спешите по ущельям в Ронсеваль,
⁹⁴⁵Вести мне помогите в битву рать».
Они в ответ: «Исполним, государь,
Роланд и Оливье погибнут там,
Никто из пэров не уйдет от нас,
Остры у нас клинки, крепка их сталь,
⁹⁵⁰Мы обагрим ее в крови врага.
Умрут французы, Карл поднимет плач.
Всю Францию наш меч добудет вам.
О государь, велите бой начать!
В плен попадет к вам император Карл».

LXXVII
⁹⁵⁵Вот Маргари Севильский [75] подъезжает.
Он землями до Казмарины правит.
За красоту свою он мил всем дамам.
Чуть поглядит ему в лицо любая,
Не может от улыбки удержаться.
⁹⁶⁰Нет воина отважнее у мавров.
Толпу он пред собою раздвигает,
Марсилию кричит: «Не опасайтесь!
Я еду в Ронсеваль убить Роланда,
И Оливье в живых я не оставлю,
⁹⁶⁵Израню всех двенадцать пэров насмерть.
Вот меч мой с золотою рукоятью,
Эмиром Прима [76] был он мне подарен,
Клянусь его окрасить кровью вражьей.
Французов мы побьем и обесславим,
⁹⁷⁰А император их, седой и старый,
День изо дня от горя будет плакать.
Не минет год — мы Францию захватим,
Свои палатки в Сен‑Дени [77] поставим».
Король ему поклоном отвечает.
Аой!

LXXVIII
⁹⁷⁵Вот и Шернобль Монэгрский [78] лошадь шпорит.
До пят свисают у него волосья.
Играючи он больший груз уносит,
Чем увезти семь вьючных мулов могут.
В краю, откуда этот нехристь родом,
⁹⁸⁰Хлеб не родит земля, не светит солнце,
Не льется дождь, не выпадают росы,
Там черен даже каждый камень горный [79].
Есть слух: там у чертей бывают сходки.
Шернобль воскликнул: «Взял я меч свой добрый,
⁹⁸⁵Его окрашу в Ронсевале кровью.
Я там Роланду заступлю дорогу.
Будь я не я, коль на него не брошусь,
Коль Дюрандаль я не добуду с бою [80].
Французов мы побьем и опозорим».
⁹⁹⁰Двенадцать пэров‑сарацин уходят,
Стотысячную рать ведут с собою.
Всем поскорей затеять бой охота,
Все в бор идут и надевают брони.

LXXIX
В доспехах сарацинских каждый мавр,
⁹⁹⁵У каждого кольчуга в три ряда.
Все в добрых сарагосских шишаках,
При вьеннских [81] прочных кованых мечах,
При валенсийских копьях и щитах.
Значок на древке — желт, иль бел, иль ал.
¹⁰⁰⁰Арабы с мулов соскочить спешат,
На боевых коней садится рать.
Сияет день, и солнце бьет в глаза,
Огнем горят доспехи на бойцах.
Скликают мавров трубы и рога,
¹⁰⁰⁵К французам шум летит издалека.
Роланду молвит Оливье: «Собрат,
Неверные хотят на нас напасть».
«Хвала творцу! — ему в ответ Роланд. —
За короля должны мы грудью встать.
¹⁰¹⁰Служить всегда сеньеру рад вассал,
Зной за него терпеть и холода.
Кровь за него ему отдать не жаль.
Пусть каждый рубит нехристей сплеча,
Чтоб не сложили песен злых про нас [82].
¹⁰¹⁵За нас господь — мы правы, враг не прав.
А я дурной пример вам не подам».
Аой!

LXXX
Граф Оливье взошел на холм крутой,
Взглянул направо на зеленый дол
И видит: войско сарацин идет.
¹⁰²⁰Зовет он побратима своего:
«Шум слышен в стороне испанских гор.
Горят щиты и шишаки огнем.
Французов ждет сегодня тяжкий бой.
Всему виной предатель Ганелон:
¹⁰²⁵Он нас назначил прикрывать отход».
Роланд ему в ответ: «Он — отчим мой.
Я не позволю вам бранить его».

LXXXI
Граф Оливье глядит на дол с холма.
Вдали видны испанская страна
¹⁰³⁰И сарацин несметная толпа.
Везде сверкают золото и сталь,
Блеск лат, щитов и шлемов бьет в глаза.
Лес копий и значков над долом встал.
Языческих полков не сосчитать:
¹⁰³⁵Куда ни кинешь взор — повсюду враг.
Пришел в тревогу и смущенье граф,
Спустился поскорей с холма назад,
Пошел к французам, все им рассказал.

Перейти к странице:

Предыдущая страница

Следующая страница