Мне нравится, что Вы больны не мной… (сборник)
Часть 11 из 139 Информация о книге
Балкон
Ах, с откровенного отвеса –Вниз – чтоб в прах и в смоль!Земной любови недовесокСлезой солить – доколь?Балкон. Сквозь соляные ливниСмоль поцелуев злых.И ненависти неизбывнойВздох: выдышаться в стих!Стиснутое в руке комочком –Что́: сердце или рваньБатистовая? Сим примочкамЕсть имя: – Иордань.Да, ибо этот бой с любовьюДик и жестокосерд.Дабы с гранитного надбровьяВзмыв – выдышаться в смерть!«Ночного гостя не застанешь……»
Ночного гостя не застанешь…Спи и прости навекВ испытаннейшем из пристанищСей невозможный свет.Но если – не сочти, что дразнитСлух! – любящая – чутьОтклонится, но если навзрыдНочь и кифарой – грудь…То мой любовник лавролобыйПоворотил конейС ристалища. То ревность БогаК любимице своей.«Неподражаемо лжет жизнь…»
Неподражаемо лжет жизнь:Сверх ожидания, сверх лжи…Но по дрожанию всех жилМожешь узнать: жизнь!Словно во ржи лежишь: звон, синь…(Что ж, что во лжи лежишь!) – жар, вал…Бормот – сквозь жимолость – ста жал…Радуйся же! – Звал!И не кори меня, друг, стольЗаворожимы у нас, тел,Души – что вот уже: лбом в сон.Ибо – зачем пел?В белую книгу твоих тишизн,В дикую глину твоих «да» –Тихо склоняю облом лба:Ибо ладонь – жизнь.«Думалось: будут легки…»
Думалось: будут легкиДни – и бестрепетна смежностьРук. – Взмахом руки,Друг, остановимте нежность.Не – поздно еще! [10]В рас – светные щели(Не поздно!) – ещеНам птицы не пели.Будь на – стороже!Последняя ставка!Нет, поздно уже,Друг, если до завтра!Земля да легка!Друг, в самую сердь!Не в наши летаОткладывать смерть!Мертвые – хоть – спят!Только моим сна нет –Снам! Взмахом лопат,Друг – остановимте память!«Руки – и в круг…»
Руки – и в кругПерепродаж и переуступок!Только бы губ,Только бы рук мне не перепутать!Этих вот всехСуетностей, от которых сна нет.Руки воздев,Друг, заклинаю свою же память!Чтобы в стихах(Свалочной яме моих Высочеств!)Ты не зачах,Ты не усох наподобье прочих.Чтобы в груди(В тысячегрудой моей могилеБратской!) – дождиТысячелетий тебя не мыли…Тело меж тел,– Ты, что мне пропадом был двухзвездным!..Чтоб не истлелС надписью: не опознан.Берлину
Дождь убаюкивает боль.Под ливни опускающихся ставеньСплю. Вздрагивающих асфальтов вдольКопыта – как рукоплесканья.Поздравствовалось – и слилось.В оставленности златозарнойНад сказочнейшим из сиротствВы смилостивились, казармы!«Удостоверишься – повремени!..»
Удостоверишься – повремени! –Что, выброшенный на солому,Не надо было ей ни славы, ниСокровищницы Соломона.Нет, руки за́ голову заломив,– Глоткою соловьиной! –Не о сокровищнице – Суламифь:Горсточке красной глины!«Светло-серебряная цвель…»
Светло-серебряная цвельНад зарослями и бассейнами.И занавес дохнёт – и в щельКолеблющийся и рассеянныйСвет… Падающая водаЧадры. (Не прикажу – не двинешься!)Так пэри к спящим иногдаПрокрадываются в любимицы.Ибо не ведающим лет– Спи! – головокруженье нравится.Не вычитав моих примет,Спи, нежное мое неравенство!Спи. – Вымыслом останусь, лбаРазглаживающим неровности.Так Музы к смертным иногдаНапрашиваются в любовницы.«В сиром воздухе загробном…»
В сиром воздухе загробном –Перелетный рейс…Сирой проволоки вздроги,Повороты рельс…Точно жизнь мою угналиПо стальной версте –В сиром мо́роке – две дали…(Поклонись Москве!)Точно жизнь мою убили.Из последних жилВ сиром мороке в две жилыИстекает жизнь.