Если душа родилась крылатой

 Женихом и жизнью,
 Что в моей отчизне
 Негде целовать!
 Нет у нас фонтанов,
 И замерз колодец,
 А у богородиц —
 Строгие глаза.
 И чтобы не слышать
 Пустяков — красоткам,
 Есть у нас презвонкий
 Колокольный звон.
 Так вот и жила бы,
 Да боюсь — состарюсь,
 Да и вам, красавец,
 Край мой не к лицу.
 Ах, в дохе медвежьей
 И узнать вас трудно,
 Если бы не губы
 Ваши, Дон-Жуан!
19 февраля 1917
2
 Долго на заре туманной
 Плакала метель.
 Уложили Дон-Жуана
 В снежную постель.
 Ни гремучего фонтана,
 Ни горячих звеґзд...
 На груди у Дон-Жуана
 Православный крест.
 Чтобы ночь тебе светлее
 Вечная — была,
 Я тебе севильский веер,
 Черный, принесла.
 Чтобы видел ты воочью
 Женскую красу.
 Я тебе сегодня ночью
 Сердце принесу.
 А пока — спокойно спите!..
 Из далеких стран
 Вы пришли ко мне. Ваш список —
 Полон, Дон-Жуан!
19 февраля 1917
3
 После стольких роз, городов и тостов —
 Ах, ужель не лень
 Вам любить меня? Вы — почти что остов,
 Я — почти что тень.
 И зачем мне знать, что к небесным силам
 Вам взывать пришлось?
 И зачем мне знать, что пахнуґло — Нилом
 От моих волос?
 Нет, уж лучше я расскажу Вам сказку:
 Был тогда — январь.
 Кто-то бросил розу. Монах под маской
 Проносил фонарь.
 Чей-то пьяный голос молил и злился
 У соборных стен.
 В этот самый час Дон-Жуан Кастильский
 Повстречал — Кармен.
22 февраля 1917
4
 Ровно — полночь.
 Луна — как ястреб.
 — Что — глядишь?
 — Так — гляжу!
 — Нравлюсь? — Нет.
 — Узнаeшь? — Быть может.
 — Дон-Жуан я.
 — А я — Кармен.
22 февраля 1917
5
 И была у Дон-Жуана — шпага,
 И была у Дон-Жуана — Донна Анна.
 Вот и всe, что люди мне сказали
 О прекрасном, о несчастном Дон-Жуане.
 Но сегодня я была умна:
 Ровно в полночь вышла на дорогу,
 Кто-то шел со мною в ногу,
 Называя имена.
 И белел в тумане посох странный...
 — Не было у Дон-Жуана — Донны Анны!
14 мая 1917
6
 И падает шелковый пояс
 К ногам его — райской змеей...
 А мне говорят — успокоюсь
 Когда-нибудь, там, под землей.
 Я вижу надменный и старый
 Свой профиль на белой парче.
 А где-то — гитаны — гитары —
 И юноши в черном плаще.
 И кто-то, под маскою кроясь:
 — Узнайте! — Не знаю. — Узнай! —
 И падает шелковый пояс
 На площади — круглой, как рай.
14 мая 1917
 Из строгого, стройного храма
 Ты вышла на визг площадей...
 — Свобода! — Прекрасная Дама
 Маркизов и русских князей.
 Свершается страшная спевка, —
 Обедня еще впереди!
 — Свобода! — Гулящая девка
 На шалой солдатской груди!
26 мая 1917
 В лоб целовать — заботу стереть.
 В лоб целую.
 В глаза целовать — бессонницу снять.
 В глаза целую.
 В губы целовать — водой напоить.
 В губы целую.
 В лоб целовать — память стереть.
 В лоб целую.
5 июня 1917
 Любви старинные туманы 
 
1
 Над черным очертаньем мыса —
 Луна — как рыцарский доспех.
 На пристани — цилиндр и мех,
 Хотелось бы: поэт, актриса.
 Огромное дыханье ветра,
 Дыханье северных садов, —
 И горестный, огромный вздох:
 — Ne laissez pas traner mes lettres!
2