Фурия - тоже женщина (СИ)

 С таким мыслями Нил  приехал домой. Его мама дома не оказалось. Анна Львовна вернулась через час после его приезда и тут же «накинулась» на сына с обвинениями.
 - Как ты мог  обидеть такую хорошую девушку? – Начала она с этого  вопроса, лишь нашла его лежащим на постели в своей комнате. – На Елене лица не было, когда она вернулась домой. Пётр очень расстроился.
 - А, что она сама говорит?
 - Она молчит. Хотя нет.  Она сказала очень странную фразу. – Анна Львовна немного подумала и произнесла её. – «Женщина всегда хочет праздника. Но когда он окончен и она остаётся одна, то …непременно плачет». А теперь давай разъясняй мне её.
 - Я не умею разгадывать тайны, мама, тем более тайны Елены.  Она сплошная тайна для меня. – Нил говорил и смотрел в потолок. – То она злится, и тогда прячься, кто  может, всех «разнесёт по кочкам». А то  радуется, и тогда жизнь её и окружающих становится сплошным фейерверком.
 Анна Львовна подошла к его  кровати  и села на неё.
 - Сынок, что с тобой. Ты впервые  так говоришь о девушке. Ты в неё влюбился?
 Нил посмотрел на мать пристальным взглядом и стал отрицательно мотать головой.
 - Точно, сынок, ты влюбился. Наконец-то, а то я уж подумала, что ты останешься бобылём. И тут появилась прекрасная Елена! Х вала Богу! Пойду готовить праздничный ужин. Думаю, что  приготовлю твои любимые голубцы.
 - Мама, успокойся, ничего не надо готовить. Мне в горло ничего не лезет…
 - Значит, точно влюбился и мучаешься от этого. Вот и хорошо! Хоть почувствуешь себя человеком, а то  вот уже много лет вижу в тебе только холодного  дельца. – Анна Львовна встала и пошла к выходу, говоря. – Помучься, сынок. Это полезно, только смотри, Елену не пугай. Она приехала такой испуганной, что заперлась в своей комнате, и мы с Петром не могли её оттуда выманить.
 глава 13. 
Глава 13.
 Весь последующий день Нил занимался изучением документов договора с англичанами. Он загружал себя работой, что бы ни думать о Елене. Настроение у него было странным. Через  полчаса тщательного изучения документов, он вдруг отталкивал их в сторону и  сидел, уставившись в «одну точку, в которой  видел лицо Елены, то хмурое, то весёлое.
 Он выпивал чашку кофе и вновь занимался документами, пока, как по щелчку в голове, вновь их отбрасывал и вновь… думал о Елене, не зная или злиться на неё, или восхищаться ею.
 Так прошло полдня, и Анна Львовна   войдя в комнату Нила и увидя, что он опять смотрит в «одну точку»,  воскликнула. – Нил, сколько это может продолжаться? Ты себя изводишь, ты меня изводишь, ты всех изводишь!
 Нил с удивлением посмотрел на мать и, тряхнув головой, произнёс. – Я не понял, мама, о чём ты говоришь?
 - Я говорю, что тебе надо позвонить Елене и поговорить  с ней. Ты же мучаешься от неведения! Так узнай, что  с ней, как она себя чувствует. Может, ей нужна помощь?
 - Эта девушка в помощи не нуждается, мама.- Спокойно ответил Нил, и вновь углубился в документацию. – Ты вообще мало что знаешь о талантах Елены Фурия, так что не суди. Она сильнее любого  мужчины.
 От таких слов сына Анна Львовна села  в кресло. Она с ужасом и недоумением смотрела на Нила, пока он ни обратил на неё своё внимание.
 - Я вижу, что ты поражена, мама. Но поверь мне, что  это так. Да и ты сама меня от неё предостерегала. Разве нет?
 - Я поражена твоему цинизму, Нил.  Как бы женщина плохо не отзывала о другой женщине,  она всегда её поймёт, если той плохо. А я видела Елену …вчера, и поняла, что ей очень плохо. Её обидели…
 - А может она чувствует, что  сама виновата, мама? – Нил  продолжал разговаривать с матерью, не отрываясь от работы. – Но ты не волнуйся. Завтра мы выходим на работу. У нас встреча с английскими заказчиками. На встрече будет и Елена. Вот и посмотрим,  как она себя чувствует.
 Анна Львовна  встала и, направляя к выходу из  комнаты, произнесла. – Плохо то, Нил, что  ты заметил только её характер, а не то, что она женщина Дай Бог, она сама тебе на это откроет глаза…
 Слова матери немного озадачили Нила, но потом он вновь углубился в изучение документов, стараясь больше о Елене не думать.
 Ближе к вечеру, он получил электронное письмо от Петра Петровича, в котором сообщалось, что  англичане прибыли и его секретарь Дарья Михайловна устроила их  в гостинице. На завтра  назначена встреча с ними.
 Нил закрыл компьютер. Он изучил документы и понял, что готов к  встречи с англичанами. И ещё он понял, что … проголодался. Взглянув на часы, он удивился, почему мама не пригласила его на обед, хотя время уже подошло к ужину?
 Нил спустился вниз и нашёл Анну Львовну на кухне. Она спокойно пила чай с плюшками.
 - Мама, а почему мы сегодня не обедали? – Спросил он, замечая, что она не реагирует на его слова. – А ужин у нас будет?
 - Нет. Ни обеда, ни ужина ты не заслужил. – Ответила женщина, спокойно попивая чай.- Сынок, ты должен понять, на что  способна обиженная женщина.
 - Мама, тебя-то я, чем обидел? – Нил сел за стол и попытался взять плюшку в руки, но Анна Львовна не позволила, стукнув его  по руке.
 - Сынок, значит, ты всё же обидел бедную девушку?
 - Да ни чем я её не обижал! Если честно, мы оба были немного …не в себе. И кто кого обидел – это тоже вопрос.
 - Но ты же мужчина, Нил! – Анна Львовна с такой надеждой посмотрела на сына, что  Нил улыбнулся. – Значит должен быть покладистым, тем более, что  Елена в тебя… влюблена. И не спорь! Я это заметила. А, когда женщина любит то… - Она вздохнула и пододвинула тарелку с плюшками к сыну, говоря. – Ещё великие философы говорили, что любить и быть благоразумным в одно и то же время, невозможно. А я бы ещё добавила – для женщины.
 Да-а-а?! – Удивился Нил. – Какое умное изречение. Обязательно процитирую его Елене, если её опять «занесёт». Хотя, я могу эту фразу сейчас сказать и тебе, мама.  Отсюда предложение: лучше меньше меня люби, включи благоразумие и покорми меня.
 Анна Львовна улыбнулась, кивнула и встала из-за стола.
 - У меня всё давно готово, сейчас подогрею. – Сказала она, подходя к холодильнику. – Мне так и не удалось тебя проучить… - Звонок в дверь  остановил её слова. – Нам звонят? Кто-то пришёл?
 - Пойду, узнаю, мама, кто пришёл. Не волнуйся. – Сказал Нил, вставая.
 Он вышел в коридор и открыл  входную дверь. На пороге стояла Елена Фурия. На её лице было столько ужаса и боли, что  Нил оторопел.
 - Елена?! Что случилось?
 - Это… катастрофа, Нил… Я не знаю, что  делать… Не знаю…
 Нилу пришлось взять её за руку, что  бы провести в дом.  Она выглядела, как кукла марионетка, у которой не работает ни рука, ни нога без чьего то руководства. Держа девушку за плечи, он провёл её в гостиную и усадил в кресло.