В интересах галактики
- А тонко провели мы эту операцию. Собственно, вообще ведь ничего и не произошло...
Четверть сотни обдумывало свою реплику не по-земному краткий промежуток времени:
- Ну, не скажите. Во всяком случае, на ближайшие триста местных оборотов развитие этого уголка планеты изменит свое направление - и довольно круто. А по оценкам здешних двуногих в том, что касается сферы эмоций и метаболизма, - отнюдь не к лучшему.
- И сколько же составят триста оборотов здешней планеты?
- Едва ли одну двухтысячную Большого оборота, - отвечало Четверть сотни. - Ничтожно мало, говорить не о чем. Но жизнь отдельного двуножки длится невероятно короткий срок. За триста местных оборотов смениться может до двенадцати поколений. Так что по их понятиям...
Четырежды десять уже наращивало амплитуду колебаний, транспортирующих во внепространство, и сказало только:
- Главное - интересы Галактики.
Четверть сотни нашло это замечание совершенно излишним. Понятно, в любых обстоятельствах главное - интересы Галактики. Это само собой разумеется.
Прагу накрыла ночь. У городских стен на ледяном ветру горели костры императорского воинства.
У одного из них зябко жался - скорее от нервного напряжения, чем от холода, - молоденький французский офицер. В рассеянии тер давно уже сухое пятно крови у себя на рукаве.
Кровь брызнула из жил его солдата, которому во время штурма пушечным ядром оторвало голову. Обезглавленное тело еще несколько раз шагнуло, затем рухнуло на землю и в последней судороге затихло. Будто часы, будто дурацкие нелепые часы, подумал офицер, глядя на свою ладонь, в которой держал редкостный предмет яйцевидной формы, сделанный из золота, - часы работы знаменитого нюрнбергского мастера Хагена. Двойная крышка у них была смята. Часы спасли молодому офицеру жизнь - не дали войти в тело пуле, пущенной из пистолета. И ведь какое-то время тоже еще шли. Как человек, совсем как человек...
Досадно, думал молодой француз. Какая мысль! Это могло бы совершить переворот во всей науке. Человек и часы. Все отправления, роднящие нас с прочими живыми существами, - питание, рост, желания, чувства, поведение, созревание, размножение и старение - все это суть направленное, механическое, не зависящее от духовности движение и как таковое должно быть изучено. Какие горизонты! Могли бы наконец-то найти путь, как ориентировать свой разум к отысканию научных истин. Путь к методу. Досадно. Досадно, что такая мысль пришла к нему так поздно. Завтра он будет, по всей видимости, мертв - убит солдатами сословного войска или затоптан лошадьми Бетлена Габора. Ведь Белая гора - это же Пиррова победа. Сколько ему еще суждено прожить? Когда откроются ворота Праги, чтобы исторгнуть свежие полки?
- Черт, да ведь тут какой-то офицер! - услышал он надтреснутый, простуженный и хриплый голос.
Молоденький француз дернул головой, словно отряхивая с себя сон:
- Поручик шевалье Рене Декарт к вашим услугам, господин полковник.