Вселенная довольно бесконечна (фрагмент)
Оставив позади романтический пейзаж "made in Профкоманда", мы полетели над однообразной холмистой местностью, напоминавшей окрестности города Бенешов. Зверья всякого было предостаточно: птицы с широкими перепончатыми крыльями и стада игривых шестиногих зверей с головами, посаженными прямо на цилиндрическое туловище. С первого взгляда ясно, что повадка у них мирная. Нам же позарез нужна хищная и опасная шельма. Зрители ждут укрощения Фукудой дикого зверя, а не кроткого травоядного шестинога. Ондра спустился еще ниже над лесом. Листья небольших деревьев были сочные, с мякотью. Вдруг что-то мелькнуло меж ветвей. "Стоп!" - закричал я. Дископлан завис: гипергравитационный агрегат собрал инерционную энергию в запасники. Шума мы не производили, и птицы с перепончатыми крыльями по-прежнему кружили вокруг нас.
В чаще прятались три больших обезьяны. Одну из них я увидел секунду назад. Я нажал на педаль, и невидимые пальцы силового поля схватили животных и подняли к нам на дископлан. Ондра не отрывался от камеры. Интересно, сколько ему платят, раз он так старается?
- Эй, сколько тебе заплатят психи из ГИ?
- Не твое дело! Откуда ты знаешь об этом?
- Да я толком ничего не знаю. Мне интересно, для чего им нужны рабочие кадры?
- Вот это мне глубоко безразлично, поверь.
Я верил. Ондра снова стал снимать бурлившую под нами жизнь: в своей извечной суматохе мелкое зверье бегало, верещало, спасалось бегством и нападало. Возвратившись к кораблю, мы обнаружили, что и команды остальных дископланов не теряли времени зря. Петра и Люда где-то у воды обнаружили великолепный экземпляр покрытого шерстью носорога - само собой, шестиногого в соответствии с местными обычаями. Венца поместил чудище в силовое поле, а Ирина Попеляржова по распоряжению Ламача стала перекрашивать носорога в небесно-голубой цвет. Зрители любят разноцветных зверей. Так принято. Небо не должно быть голубым в отличие от носорога. Это и есть художественное творчество. Эх, стать бы мне режиссером!
Ирка обрадовался, увидев косматых тварей, которых мы ему продемонстрировали.
- Отлично, парни! Превратим их в парамыслящие существа.
- Да ты что?! - вырвалось у меня.
- Чему ты удивляешься? Я тут поработал над сценарием. События в "Эксперименте на Третьей планете" должны доказать правильность закона Иоганссона. Эти три пижона сначала выступят в роли мыслящих существ, существование которых откроет Фукуда. Потом он сразится с голубым носорогом, а в конце выяснится, что существа только казались интеллигентными, значит, закон Иоганссона действует.
- А не чересчур смело? Что скажет Совет? А ГИ? Мне кажется, ты далековато зашел.
- Не бойся, я все продумал. Ничего они не скажут, а если начнут возражать, Фукуда их укротит. Вот тебе наглядная польза от сотрудничества с галактическими асами. Положись на меня, все пройдет как надо!
Носорогу не понравился голубой цвет, и он ревел страшным голосом. Рев заглушался гудением электрофонической аппаратуры, которую настраивала Петра Плавецка. Пейзаж должен быть озвучен - зритель это любит. А Эва Элефриаду постарается, чтобы все вокруг благоухало пряными запахами только что открытой планеты. И это зрителю будет по нраву. Бедняжка Иринка чуть снова не пустила слезу, когда режиссер приказал ей превратить наших гориллопавианов в мыслящих существ.
- Почти мыслящих, Иринка. Параинтеллигентных, самую малость. Все в меру, иначе зритель всполошится.
Обезьян отправили в гримерную и без проволочек водрузили на операционный стол. Операция длилась час, после чего Ирина представила пациентов режиссеру:
- Позволь, я познакомлю тебя с этими господами: первого зовут Ян, второго - Амос, третьего - Коменский.
- Что за шутки? Откуда ты взяла эти имена? А, вспомнил: это три комика из сериала "Три раза ха-ха-ха"!
- Добрый - день - господин - Ламач! - делая паузу после каждого слова, поздоровались обезьяны.
- Отлично, Иринка, я даже не ожидал, честно говоря. Особенно этот - как его - Коменский, хорош, бандит!
- Бан - дит, - удовлетворенно повторила обезьяна, ставшая параинтеллигентной.
- Правильно. А теперь внимательно слушай, иначе я брошу тебя на съедение вон тому, - и режиссер показал на экран, на котором несчастный носорог упирался рогом в силовую стену безразличия. - О, кстати, это идея, надо записать, пока не забыл. Начнем со сцены боя между Коменским и Голубеньким, в разгар схватки прилетает Фукуда на своем "Викинге". Гениально, правда? Зрителям понравится. У меня не голова, а фабрика идей. Я, наверное, гений. - Ирка вздохнул и добавил: - Все сам, помочь некому. А ведь в моем распоряжении ассистент. Куда он запропастился, этот мальчишка?
Петр Манфред еще не вернулся. В последний раз его видели при приземлении. Выражение лица у него было недовольное, в момент разбивки на пары он исчез.
- Этого и следовало ожидать, - подал голос Ярда, - как только началась работа, смылся и теперь сачкует. Обожаю подобных типов!
- Немедленно приведите его сюда! Сию минуту!
Похоже Ирка Ламач всерьез обозлился на своего ассистента. Режиссер умел выходить из себя и метать громы. И сейчас он собирался заняться именно этим. Мы обшарили весь корабль, начиная с энергетического центра в носовом отсеке и кончая складом запчастей к двигателям аккумулированного времени в хвосте. Во время поисков нашлось множество полезных и бесполезных вещей, но бездельник Петр Манфред обнаружен не был.
- Он где-нибудь снаружи, - сказала Алена Ланхаммерова, порядком раздраженная, - пошел прогуляться. Он ведь романтик. Пишет стихи. Сочиняет оду восходящему солнцу чужой планеты. Что ты с ним сделаешь, когда он изволит вернуться?
- На клочки разнесу. Домой отправлю. Нечего шляться. Или так: ты, Иринка, загримируешь его под четвертого павиана. Обратно полетит вместе с Фукудой. На нашем "Хрюше" я его не потерплю, - повернувшись к нам с Ярдой, режиссер пронзил нас взглядом бледно-голубых глаз и добавил: - Вы были правы, парни, и я прошу у вас прощения. Петр Манфред - лентяй, каких свет не видел. Уклоняется от работы - значит, не наш человек. Чужой в Профкоманде.