Пейзаж души: «Поэзия гор и вод»
727 г.
Из своего окна, смотрящего на юг (так обычно был сориентирован императорский трон), молодой поэт видит гордую сосну, устремленную вершиной в небеса, и аллегорически вносит в эту картину свои тайные помыслы. Стойкая сосна, не теряющая жизненной силы ни при каких невзгодах, — распространенный поэтический образ.
«Таинственный исток наверх выносит…»
Таинственный исток наверх выноситЛазурный лотос, ярок и душист.Устлала воды лепестками осень,Зеленой дымкой ниспадает лист.Коль в пустоте живет очарованье,Кому повеет сладкий аромат?Вот я сижу и вижу — иней раннийНеотвратимо губит дивный сад.Все кончится, и не найдешь следов…Хотел бы жить я у Пруда Цветов!Стихотворение № 26 цикла «Дух старины», 728 г.
Ли Бо жаждет вырваться на уровень высокого государева служения — на берега Пруда Цветов (в мифологии — пруд на горе Куньлунь; в поэзии часто употреблялось как образ труднодостижимого идеально-прекрасного), что здесь явно воспринимается как метонимическое обозначение императорского дворца.
«Еще текут весенние потоки…»
Еще текут весенние потоки,А лета загорелся красный свет,И вот смотрю — уже чертополохиОсенний ветер без конца несет,Порывы орхидею гнут все ниже,Лежит на мальвах белая роса…Мужей достойных вкруг себя не вижу —В свой час с деревьев падает краса.Стихотворение № 52 цикла «Дух старины», 728 г.
Юный поэт, преисполненный высоких мечтаний о служении императору, ясно осознает свои таланты и свою возможность оказаться достойным почитаемых мужей древности, равным которым он не видит вокруг себя.
«В саду угрюмом орхидеи цвет…»
В саду угрюмом орхидеи цветСовсем задавлен сорною травой.Весной ее ласкает солнца свет,Но осенью — взгрустнется под луной.Когда падут снежинки с высока,Ее красивый облетит наряд.Без дуновений свежих ветеркаКому повеет дивный аромат?!Стихотворение № 38 цикла «Дух старины», 730 г.
Те же интонации нетерпеливого ожидания молодого поэта, пока еще запертого в стенах собственного дома в Аньлу и жаждущего вырваться на просторы, где дует свежий ветерок (это словосочетание, помимо природно-прямого, имеет еще и значение «чистые нравы», которыми, как пока еще уверен поэт, пронизан дворец «Сына Солнца»).
Разгоняю грусть
Протрезвел я в цветах, а вокруг уже ночь,Лепестков облетевших одежда полна.Вдоль ручья побреду я куда-нибудь прочь,Где ни птиц, ни людей, только в небе луна.733 г.
Неудачно побывав в 731 г. в Западной столице Чанъани, а в 732 г. в Восточной столице Лояне, так и не попав на аудиенцию к императору, Ли Бо отдыхает дома в Аньлу в хмельных развлечениях с друзьями, среди которых он числит и луну в далеких небесах.
С осеннего склона посылаю советнику Чжану из Палаты императорских регалий и «Призванному» Вану
Что вам послать отсюда я могу?Ветвей коричных белые цветы.Луна сверкает, как в ночном снегу,Друзей далеких вспоминаешь ты,И, вдохновеньем Шаньского ручья,Как было там, в Шаньинь, всю ночь горя,О вас, друзья, до света думал яИ пел «Об удалившихся»… Да зря…730 г.
Советник Чжан: это имя в разных вариантах упоминается в нескольких стихотворениях Ли Бо; проф. Юй Сяньхао высказывает предположение, что это может быть муж принцессы-даоской монахини Юй Чжэнь. «Призванный» Ван: личность не установлена; «призванный» — отшельник, призванный государем, но отказавшийся от службы. Шань, Шаньинь: сюжет о Ван Цзыю, который снежной ночью, хмельной, вдруг вспомнил о друге Дай Аньдао, жившем достаточно далеко — у Шаньского ручья (совр. пров. Чжэцзян), сел в лодку и стремительно поплыл к другу, но, не доехав, повернул назад, потому что, как он сам объяснил, « меня повело вдохновение, а оно прошло, так к чему мне теперь Дай? И я повернул обратно».
Весенним днем прихожу к омуту в ущелье Лофу
В теснине гор я песню напевал,Сошел с тропы, а дальше — нет людей,Миную пади и отвесы скал,Слежу, как извивается ручей,Над камнями курятся облака.Пришелец очарованный, в цветахБыл полон вдохновения, покаСпускалось солнце на закат в горах.731 г.
Лофу: горное ущелье в совр. пров. Хэбэй (другое, менее вероятное, предположение — в совр. пров. Шэньси, уезд Хуасянь), где, по всей видимости, образовалась запруда, названная Лунчи (Драконов пруд).
Глядя на снег, подношу брату — начальнику уезда Юйчэн
Вчера снега на Лянъюань упали,Я замерзал, а брат о том не ведал.Деревья — как нефритовые стали,А ведь и мы с тобой — что эти ветви.746 г., зима
Юйчэн: уезд в границах совр. пров. Хэнань к юго-востоку от г. Шанцю. Брат: Ли Си был начальником уезда Юйчэн в 745–749 гг. Лянъюань: город на западе уезда Юйчэн; в некоторых изданиях вместо «в Лянъюань» стоит «снег в Лянъюань». Яшмовые деревья: занесенные снегом, словно сделанные из белой яшмы. Переплетенные ветви: поэтический образ связанных друг с другом близких людей, в данном случае речь идет о брате.
Написал, взобравшись на камень посреди стремнины, когда брел вдоль Белой речки в Наньяне
В верховьях Белой речки утром шел,Людей так рано нет здесь никогда,Зато прелестный островок нашел,Чисты, пусты и небо, и вода.Взгляд к морю провожает облака,Душа меж рыбок плещется в волнах,Закатного светила песнь долга,А к хижине ведет меня луна.732 г.
Наньян: при Танах — округ на территории сегодняшнего г. Наньян в пров. Хэнань. Белая речка: течет на востоке округа Наньян. Камень посреди стремнины: достопримечательность местного ландшафта в Наньян.