Полное собрание сочинений. Том 40

105
Тщеславие других несносно для нас потому, что задевает наше.
106
К участи своей нужно относиться, как к здоровью: наслаждаться хорошей и терпеливо переносить дурную, к сильным же средствам никогда не обращаться без крайней необходимости.
107
Можно быть хитрее другого, но нельзя быть хитрее всех.
108
Чего в волокитстве меньше всего, — так это любви.
109
Мы нередко стыдились бы самых лучших своих поступков, если бы люди знали все мотивы их.
110
Немного найдется таких недостатков, которые не были бы более извинительны, чем средства, к которым прибегают для того, чтобы скрывать их.
111
Молодые женщины, не желающие казаться кокетками, и люди пожилые, не желающие быть смешными, никогда не должны говорить о любви как о занятии, в котором они могли бы принимать участие.
112
Немногие умеют быть стариками.
113
Резвость, увеличивающаяся к старости, недалека от глупости.
114
Мы гордимся недостатками, противоположными тем, которые действительно имеем; так, например, если мы слабы и уступчивы, мы хвастаемся упрямством.
115
Мы легко извиняем друзьям своим недостатки, которые нас не касаются.
116
Если друзья обманули нас, нам следует быть равнодушными только к их заявлениям о дружбе, но не к их несчастиям.
117
О достоинстве человека нужно судить не по его великим дарованиям, но по тому употреблению, которое он делает из них.
118
Мы почти ничего не желали бы страстно, если б вполне знали то, чего желаем.
119
Страсти самые неукротимые иногда дают нам отдых, но тщеславие никогда не оставляет нас в покое.
120
Старые безумцы безумнее молодых.
121
Слабость более противоположна добродетели, чем порок.
122
Нет более несносных глупцов, чем умные глупцы.
123
Мы больше выигрывали бы в мнении людей, если бы позволяли видеть себя такими, каковы мы в действительности, чем стараясь казаться иными.
124
Та же гордость, которая побуждает нас порицать недостатки, от которых мы считаем себя свободными, заставляет нас презирать хорошие качества, которыми мы не обладаем.
125
Ссоры не продолжались бы долго, если бы виновата была только одна сторона.
126
Если не находишь покоя в самом себе, то бесполезно искать его в другом месте.
127
Как требовать, чтобы другой сохранил нашу тайну, если мы сами не могли ее сохранить.
128
Невелика дружба, если не замечаешь охлаждения ее к себе со стороны друзей.
129
Есть преступления, которые становятся непреступными и даже славными благодаря их блеску, количеству и чрезмерности. Поэтому-то общественное воровство и называется ловкостью, а несправедливый захват провинции — завоеванием.
130
Пышность похорон нужна больше для тщеславия живущих, чем для почестей умершим.
131
Мы очень любим разгадывать других, но не любим быть разгаданными.
132
Беречь свое здоровье слишком строгим режимом — очень скучная болезнь.
133
Большая часть женщин отдаются скорее по слабости, нежели по страсти; поэтому смелый обыкновенно больше, чем другие, успевает у них, хотя бы и не был более достойным любви.
134
Мы легко верим недостаткам других, потому что легко верим тому, чего желаем.
135
Мудрость для души — то же, что здоровье для тела.
136
Многие желают быть набожными, но никто не хочет быть смиренным.
137
Смирение — вот алтарь, жертва на котором угодна богу.
138
Мы гораздо меньше мучаемся для того, чтобы стать счастливыми, чем для того, чтобы заставить других думать, что мы счастливы.
139
Гораздо легче подавить первое желание, чем удовлетворить все последующие за ним.
140
Прежде чем настойчиво желать какой-нибудь вещи, нужно бы разобрать, как велико счастье того, кто обладает ею.
141
Истинный друг есть величайшее из благ и вместе с тем то благо, о приобретении которого думают меньше всего.
142
Мы порицаем себя лишь для того, чтобы нас хвалили.
143
Люди маленького ума оскорбляются мелочами.
144
Человек, которому никто не нравится, гораздо более несчастлив, чем тот, который никому не нравится.
145
Немного нужно для того, чтобы сделать счастливым мудрого, и ничто не может сделать довольным глупого, поэтому-то почти все люди и несчастны.
  
ОТДЕЛ ВТОРОЙ
 
 [Перевод Л. Н. Толстого] 
1
Самолюбие более ловко, чем самый ловкий человек.
2
Страсть доводит самого умного человека до безумия, а самых глупых людей делает умными.
3
Люди, занимающиеся политикой, приписывают обыкновенно удивляющие людей великие дела исторических лиц их хитроумным замыслам, тогда как дела эти большей частью только последствия настроений и страстей. Так, война между Августом и Антонием, которую объясняют их соревнованием о мировом господстве, была, может быть, только следствием ревности.
4
Страсти всегда лучшие и наиболее убедительные ораторы. Так что самый простой человек, руководимый страстью, убеждает больше, чем тот, у кого только красноречие.
5
Постоянство мудрецов есть только следствие их уменья не проявлять того, что их волнует.