Полное собрание сочинений. Том 14. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть вторая

— Осмелюсь обеспокоить ваше сиятельство, — сказал он с почтительностью, но с оттенком пренебрежения к юности этого офицера. — Моя госпожа, дочь генерал-аншефа князя Николая Андреевича Болконского, находясь в затруднении по случаю невежества этих лиц, — он указал на мужиков, — просит вас пожаловать.... Не угодно ли будет, — с  [996]грустной улыбкой сказал Алпатыч, — отъехать несколько, а то не так удобно при.... — Алпатыч указал на двух мужиков, которые сзади  [997]так и носились около самого его, улыбаясь и еще радостнее распевая и приговаривая:
— А! Алпатыч. А? Яков Алпатыч. Важно?
Nicolas посмотрел на пьяных мужиков и улыбнулся.
— Или, может, это утешает ваше сиятельство? — сказал Яков Алпатыч с степенным видом с заложенной рукой, указывая на стариков.
— Нет, тут утешенья мало, — сказал Ростов и отъехал. — Скажи, что сейчас буду, — сказал он Алпатычу и, приказав  [998]Лаврушке разузнать о овсе и сене и отдав ему лошадь, пошел к дому.
— Так приволокнемся? — сказал он, подмигивая Ильину.
— Смотри, какая прелесть, — сказал Ильин, указывая на М-llе Bourienne, выглядывавшую из другого окна. — Этак и заночуешь. Только бы эта княжна прелестная дала бы котлеток, как вчера у городничего, а то подвело.
В таких веселых разговорах они вошли на крыльцо и в гостиную, где княжна в черном платье,  [999]раскрасневшаяся и испуганная, встретила их.
Ильин, тотчас же решив, что в хозяйке дома мало интересного, поглядывал на щели дверей, из которых выглядывал, он наверное знал, глаз хорошенькой Дуняши. Nicolas, напротив, как только увидел княжну, ее глубокие, кроткие и грустные глаза и услыхал ее нежный голос, тотчас же весь переменился (хотя он и не вспомнил, что она была сестра князя Андрея), и в позе, в выражении лица его выразилась нежная почтительность и робкое участие. «Моя сестра, мать завтра могут быть в таком же положении», думал он, слушая ее робкий сначала, но простой рассказ.  [1000]Она не говорила, что мужики ее не выпускают и не давали ей подвод, но говорила о том, что запоздала здесь по случаю смерти отца и теперь боится попасться неприятелю, тем более, что в народе даже стали замечаться беспорядки.
Когда она заговорила о том, что всё это случилось на другой день после похорон отца, ее голос задрожал. И [у] Nicolas слезы навернулись на глаза. Княжна Марья заметила это, и ей стало легче.
— Вот вам мое положение,  [1001]и я надеюсь, что вы не откажетесь помочь мне.
Nicolas тотчас же встал и,  [1002]почтительно поклонившись, как кланяются дамам царской крови, объявил, что он сочтет себя счастливым, ежели будет в состоянии  [1003]оказать услугу, и сейчас же отправляется, чтобы исполнить ее приказания.
Почтительностью своего тона Nicolas показал как будто, что, несмотря на то, что он за счастье бы счел свое знакомство с нею, он не хотел пользоваться случаем ее несчастия для сближения с нею. Княжна Марья поняла и оценила этот тон.
— Notre intendant voit tout en noir, ne l’écoutez pas trop, M-r le Comte,  [1004]— сказала ему княжна, тоже вставая.  [1005]
— Я только желала бы, чтобы мужики  [1006]разошлись и оставили меня ехать без проводов.
— M[ademoiselle] la Princesse, vos désirs sont des ordres pour moi,  [1007]— сказал Nicolas,  [1008]кланяясь,  [1009]как маркиз двора Лудовика [Х]ІV, и вышел из комнаты.
— Я не знаю, как благодарить вас.
Выходя, Nicolas думал  [1010]о двух мужичках, певших ему песни, и о других, не снявших шапок. Он покраснел, поджал губы и поторопился итти распорядиться,  [1011]отказываясь от чая и обеда, которые предлагали ему.  [1012]В передней Алпатыч доложил Ростову всю сущность дела.
— Ну, брат, что же ты это ушел, — говорил Ильин, — а я девочку эту ущипнул-таки.... — но, взглянув на лицо Nicolas, Ильин замолк. Он видел, что его герой и командир находился совсем в другом строе мыслей.
— Вот какие несчастные бывают существа, — проговорил, он, нахмурясь. — Эти мерзавцы.... Он подозвал  [1013]Лаврушку, велел  [1014]отдать лошадей кучерам княжны, а с ним вместе направился к выгону.
Два веселые мужичка лежали один на другом,  [1015]один храпел внизу, а верхний всё еще добродушно улыбался и пел.
— Эй! Кто у вас староста тут? — крикнул Nicolas, быстрым шагом войдя и останавливаясь в толпе.
— Староста-то? — сказал мужик, — на что вам? — Но не успел он договорить, как шапка его слетела и  [1016]голова мотнулась на бок от сильного удара.
— Шапки долой, изменники! —крикнул полнокровный голос Nicolas. Все шапки соскочили с голов, и толпа сдвинулась плотнее.
— Где староста?
Дронушка, неторопливой походкой, издали почтительно, но достойно сняв шляпу,  [1017]с своим строгим римским лицом и твердым взглядом подходил к Ростову.
— Я староста, ваше благородие, — сказал он.
— Ваша помещица требовала подвод.  [1018]Отчего вы не поставили? А?
Все глаза смотрели на Дронушку, и Nicolas не совсем спокойно говорил с ним. Так внушительна была представительность и спокойствие Дрона.
— Лошади под войсками все в разброде, извольте посмотреть по дворам.
— Гм. Да. Хорошо. А для чего вы все здесь, все на выгоне и для чего вы прикащику сказали, что не выпустите княжну?
— Кто говорил, не знаю. Разве можно так господам говорить? — сказал Дрон с усмешкой.
— А зачем сбор, водка? А?
— А так, старички о мирском деле собрались.  [1019]
— Хорошо. Лаврушка, поди сюда.
Он обратился к мужикам.
— Сейчас, марш по домам и вот этому человеку,  [1020]— он указал на Лаврушку, — с 5 дворов по подводе, чтоб сейчас были. Слышишь ты, староста?
— Как не слыхать.
— Ну, марш, — Nicolas обратился к ближайшему мужику,— марш, веди подводу.
Мужик рыжий посмотрел на Дрона. Дрон мигнул мужику. Мужик не двигался.
— Ну! — крикнул Ростов.
— Как Дрон Захарыч прикажут.  [1021]
— Видно,  [1022]новое начальство оказалось, — сказал Дрон.
— Что? — закричал Nicolas,  [1023]подходя к Дрону.
— Э, пустое-то говорить, — вдруг махнув рукой, сказал Дрон, отворачиваясь от Ростова. — Будет болтать-то. На чем старики порешили, тому и быть.
— Тому и быть! — заревела толпа, шевелясь, — много вас начальства туда... Сказано — не вывозиться.  [1024]