Тот случай между Илаем и Гвен (лп)

— Я всегда улыбаюсь, кретин! — разозлился я, развязывая шнурки на кедах.
Он громко засмеялся, облизывая крышечку второго йогурта.
— То, что ты изображаешь на своем лице при пациентах, улыбкой не считается.
— Да ты просто… — Я замолчал, примеряя новые кеды, которые прекрасно подошли мне. Мои ступни расслабились в мягком пеноматериале.
Откуда, черт побери, она узнала размер моей ноги?
Щелк! Взглянув в его сторону, я увидел, как этот кретин еще раз сфотографировал меня.
— Ты опять улыбнулся! Ты должен немедленно все мне рассказать.
Натянув второй кед, я подошел к нему, выхватил дурацкий телефон из его шаловливых ручонок и выбросил его в мусор.
— Эй! Я только недавно купил его!
— Не моя проблема, — ответил я, поворачиваясь, чтобы уйти, но остановился, когда он приблизился к мусорному контейнеру.
— Еще раз сфотографируешь меня, и я скажу директору больницы, чем ты занимался в лаборатории на четвертом этаже.
— Расскажешь своей мамочке? Ой, боюсь, боюсь!
Я вытащил свой телефон из кармана и начал набирать номер. Он вздохнул.
— Ладно.
— Доброй ночи, Ян.
Покинув комнату отдыха, я старался не встречаться взглядами ни с кем из персонала, так как кто-то мог уже успеть получить эту дурацкую фотографию. Конечно же, они хихикали, глядя на меня, и мне хотелось их всех придушить.
Подойдя ко входу, я остановился, увидев ее. В темных рваных джинсах, желтой футболке, военных ботинках и шляпе, она рисовала, прислонившись к стене под логотипом больницы и кивая головой в такт музыке в наушниках.
Она занята, но должен же я поблагодарить ее за кеды!
Не осознавая этого, я подошел к ней. Она была настолько погружена в свой мир, что не заметила меня, пока я не встал напротив и не помахал ей.
— Боже праведный, как ты напугал меня! — Она подпрыгнула, прижав свой рисунок к груди.
Не могу отрицать, что, пока она вынимала наушники, пару секунд мой взгляд был устремлен на ее грудь.
— Я напугал тебя? — спросил я, присев рядом.
— Весь день никто не замечал меня. — Она рассмеялась, захлопнув блокнот.
— Потому что ты — призрак? Как понимать, никто тебя не замечал?
Ее было трудно обойти вниманием.
Она пожала в ответ плечами.
— Вы, доктора, очень сосредоточены на своей работе. Большую часть времени я слонялась по больнице, вдохновляясь идеями для росписи стены по просьбе твоей мамы.
— Это не личная стена моей мамы, так что, пожалуйста, не надо рисовать на ней ее огромный портрет только потому, что она заплатила тебе за это.
Гвен закатила глаза.
— Не беспокойся, у меня появились некоторые более интересные идеи. И даже гораздо быстрее, чем я думала.
— Можно мне взглянуть? — я потянулся за ее блокнотом.
Она лишь крепче прижала его к себе.
— Что такое?
— Никому нельзя смотреть, пока не закончу, а я пока еще в процессе.
— Какие же вы, художники, эмоциональные! — Я откинулся назад.
Она пнула меня по ноге.
— Эй, осторожней! Кеды совсем новые!
— Ага. — Она откинулась на стену, улыбаясь. — Ты их надел! Они пришлись впору?
— Я бы их не надел, если бы они не были по размеру. Как, черт возьми, ты узнала размер моей ноги?
— Я была страшной пацанкой в детстве.
— Шокером.
Она взглянула на меня.
— Уверена, ты был очаровательным подростком.
— Конечно, просто посмотри на меня.
— Я…
— В любом случае, ты была пацанкой? — продолжил я, пока она не забыла то, о чем начала рассказывать.
— О, да! Большую часть времени я проводила с соседскими мальчишками. Вообще-то, мы росли вместе и частенько гуляли босиком по берегам рек, благодаря этому я научилась разбираться в размере мужской обуви.
На речках?
— Откуда ты?
— Сайпресс, Аляска — место ловли лучшей дикой семги во всей стране.
— Ого! — Я рассмеялся и уже не мог остановиться. — Это место реально существует?.. Сайпресс?.. Аляска?.. Ты?
— Это реальное место. И там намного красивее, чем ты, городской мальчик, способен представить.
Она обиженно надула губы.
— Это место ловли лучшей в стране дикой семги… — повторил я с улыбкой. — Я прекрасно с этим справлюсь…
Она встала.
— Ты просто…
Я перебил ее, тоже встав:
— Спасибо за кеды. Тебе не за что было извиняться, хотя твоя записка развеселила меня.
— О, у меня просто закончилась бумага, и я не захотела еще раз докучать медсестрам своими просьбами. Я и так их еле уговорила помочь мне с твоим шкафчиком, — пробурчала она.
— Ага, значит вот как ты… — Сквозь стеклянные двери больницы я увидел ее, входящую в здание, и замолчал. На ней была прямая юбка и розовая блузка, светлые волосы были уложены.
Моя смена только что закончилась, следовательно, ее смена только начиналась. Я слишком долго проторчал в больнице.
— На что ты смотришь? — Гвиневра попыталась оглянуться.
Я схватил ее за талию, удерживая прямо перед собой.
— Что ты делаешь?
— У тебя все вещи с собой?
— Да, а что?
Я взял ее за руку и, опустив голову, постарался выйти из здания незамеченным. Не хотелось, чтобы Ханна увидела нас. Мне почти удалось это сделать.
— Она… — Гвиневра резко остановилась.
Черт возьми!
— Гвиневра, — позвал ее я, надеясь, что Ханна пройдет мимо нас, но мне не повезло.
Увидев нас, она перебросила волосы на бок.
— Идем, — ответила Гвиневра, позволяя мне увести ее.
Мы шли, не останавливаясь, до тех пор, пока не вошли в парк. Огни больницы теперь виднелись вдалеке. Никто из нас не заговаривал, и секунду спустя я понял, что все еще держу Гвен за руку. Наконец я отпустил ее.
— Такое ощущение, что нам по шестнадцать лет, — прошептала она, вглядываясь в небо.
На секунду я задумался над ее словами.
— Согласен, побег — не самый зрелый поступок.
— Да к черту зрелость. В любом случае это больно. Я забыла, что она тоже здесь работает. Ты говорил мне, но я забыла. Что, если я встречу ее?
— Облей ее краской, — пошутил я.
Она хихикнула.
— Может быть, это пойдет ей на пользу… акт справедливости. Думаю, тебе надо продолжать вести себя так же.
— Избегать ее? Бегать от нее? Нет, я слишком устал от всего этого.
Я действительно устал, но больше всего меня беспокоило то, что Гвен может устроить сцену. Это повлечет за собой большие неприятности и для мамы, и для больницы.
Мы молчали, продолжая свой путь, и я впервые почувствовал, что между нами что-то есть. В первый раз за время нашего знакомства я подумал о ней как о друге.
— Ну, а теперь что с тобой? — Она повернулась ко мне.
— А что?
— У тебя такой странный взгляд.
— Иди-иди. Не понимаю, о чем ты.
Глава 9
Крик о помощи
Илай
Я рассматривал заставку на своем телефоне, картину Гвиневры, на которой был изображен маленький мальчик, стоящий под дождем со сломанным зонтиком у ног.
Интересно, чем она сейчас занимается?
Поразмыслив пару секунд, я отправил ей сообщение.
Илай: «Аферистка!»
Гвиневра: «А я-то подумала, что мы стали общаться как цивилизованные люди…»
Я усмехнулся.
Илай: «Прости, привычка!»
Гвиневра: «Ничего страшного, доктор Кретин. Ой, прости, привычка!»
Илай: «Ты здесь?»
Я не видел ее этим утром.
Гвиневра: «Ожидаю поставку. Буду позже. Ты все еще в больнице?»
Илай: «Уже ухожу. Вечером пропустим по стаканчику?»
Гвиневра: «Если ты угощаешь».
Илай: «Скряга!»
Гвиневра: «Считай, это комплимент твоему умению выбирать хороший алкоголь!»
— Простите!
Медсестра, случайно столкнувшись со мной, выронила на пол стопку медкарт.
— Ничего страшного, это я отвлекся. — Помогая ей собрать бумаги, я наткнулся на карту малышки Молли.