Схема

– Напоминает бусину, — задумчиво протянул он.
– Там в середине даже дырочка есть, — сказал президент. — Как будто эти штуки нанизывали на нить.
– Странная технология, — заметил Йозеф, разглядывая шарик на свет.
– Я уверен, они нашли какой-то примитивный народ, — Ален заложил руки за спину и принялся расхаживать по кабинету, — который случайно наткнулся на месторождение. Какие-нибудь дикари, которые сами не понимаю, чем владеют. Делают из кваркитового песка какие-нибудь украшения. Вроде бус или ещё чего-то подобного.
– Насколько мне известно, хаттифнатты добывают кваркит из тел убитых Воителей, — заметил Берлянт.
– Они лгут, — убеждённо сказал президент компании. — Они нашли месторождение на какой-то отсталой планете и пользуются им. И теперь они имеют неизмеримое преимущество над нами. Наверное, военные правы. Нужно остановить их сейчас, пока они не стали слишком сильны. 
– То, что ты говоришь, очень серьёзно… — начал было Берлянт, вынул изо рта сигару и рассеянно потушил её о подлокотник. Выделанная кожа задымилась.
Йозеф с ужасом уставился на дело рук своих.
– Ален, дружище, — растерянно сказал он, — похоже, я насвинничал… то есть насвинячил… — он с трудом поднял взгляд. — Не знаю, как это получилось… Короче говоря, завтра здесь будет такое же кресло. И я постараюсь компенсировать тебе это… чем захочешь.
– Это земной антиквариат, — напомнил Писклов. Кресла было жаль, но виноватый вид всесильного Йозефа доставил президенту удовольствие. — Найти такую вещь непросто. Если вообще возможно.
– Я сказал завтра, и, значит, это будет завтра! — зарычал Берлянт. — Я ещё на что-то гожусь! Подожди минутку, я кое с кем переговорю… — он ринулся в туалет, на ходу выдирая из брючного кармана коммуникатор.
Сэр Ален Писклов тихонько вздохнул. Теперь о продолжении разговора не могло быть и речи: Йозеф не успокоится, пока не перевернёт мир, чтобы компенсировать убытки. А потом он улетит на Землю. Ничего, основные вещи он уже проговорил. Берлянт не из тех, кто забывает.
* * *
Президент Земной Конфедерации Аякс Тонто протянул толстую волосатую руку к бутылке граппы. Не глядя, налил себе в рюмку на два пальца, потом добавил ещё немного. Выпил, скривился. Заел пресной пастилкой.
Йозеф Берлянт тонко улыбнулся. Он-то знал, что в бутылке не было ничего, кроме минеральной воды напополам с эликсиром. Врачи запретили президенту употреблять любимый напиток, оставив в качестве маленького утешения бутылку с этикеткой. 
– Что будем делать? — наконец, спросил он.
Берлянт отвёл глаза. За огромным окном президентской резиденции расцветали тропические деревья. Солнце едва пробивалось сквозь блестящую жирную зелень, бомбардируя бликами три стены, отделанные кипарисом.
– Не вижу другого выхода, — сказал, наконец, Йозеф. — Я очень любил Алена, он был славный малый. Разумеется, он был глуповат и нелюбопытен. Но на этот пост нам такой и был нужен. Но он всё-таки сунулся куда не следует. Проклятые хаттифнатты с их образцом. Теперь он начал бы думать. И рано или поздно ему пришла бы в голову идея сопоставить некоторые обстоятельства.
Аяксу Тонто внезапно захотелось выпить. Настоящей граппы. Он-то знал, что Йозеф говорит в прошедшем времени только о покойниках. Или о тех, кому суждено скоро стать покойником.
– Кого поставим? — только и спросил он.
– Какого-нибудь кретина. Главное, чтобы он не страдал эстетихмом. Писклова, видите ли, раздражали корпуса нашего маленького предприятия. А ведь сейчас мы расширяем производство. Так вот, нужен человек, которому было бы абсолютно безразлично, что там за окном. Да, и чтобы не лез в вопросы обеспечения безопасности здания. В этом отношении наш покойник был идеален: он вообще ничего в этом не понимал. Иначе он очень удивился бы, если бы узнал, что периметр безопасности устроен так, что прикрывает не столько его штаб-квартиру, сколько этот самый заводишко. А если бы он покопался в документах, то выяснил бы, кто именно плавил реголит для обшивки здания штаб-квартиры. И кто именно присоветовал строить штаб-квартиру посреди Моря Ясности, а не в Луна-сити. А также всякие другие обстоятельства… Короче, нам нужен полный, стопроцентный идиот. Возьми кого-нибудь из Адмиралтейства, например. Там пропадают очень ценные кадры.
– Поищу, — пообещал Аякс, — а ты прозондируй почву в совете директоров. Всё-таки «Межзвёздные вооружения» формально являются частной корпорацией. 
– А, пустяки, — отмахнулся Берлянт. — Считай, что этот вопрос решён. 
– И всё-таки, — протянул президент Тонто, — мы в идиотской ситуации. Сидим на богатейшем во Вселенной месторождении кваркита и покупаем его за безумные деньги. Ты знаешь, сколько сейчас стоит грамм этой дряни?
– Знаю. Ну и что? Ты, Аякс, всё-таки иногда рассуждаешь как бизнесмен, а не как политик. Да, если хочешь, с точки зрения бизнесмена мы делаем очень хреновый бизнес. Мы покупаем через четвёртые руки сами у себя товар, за который безумно переплачиваем. Я уж не говорю, каких трудов мне стоило выстроить всю цепочку и заставить схему работать.
– Я до сих пор не понимаю, как ты додумался до такого варианта и как тебе удалось всё это провернуть, — признался президент.
Берлянт даже не стал делать вид, что польщён.
– Это-то как раз ерунда, — махнул он рукой. — Бестелые искали посредников для переговоров с Воителями по поводу выкупа своих пленных. Ты же знаешь, я интересуюсь такими заказами. Дальше я простроил цепочки в две стороны. Кое-где слил информацию, кое-где поучаствовал в переговорах... Стандартная процедура. Проще, чем разводить кроликов.
– Допустим. Но всё-таки. Ты мне объяснял, что легализовать наш кваркит мы не сможем, потому что у нас его отберут. Но сейчас-то мы всё равно не имеем никакой пользы для себя. Он уходит за гроши, в виде этих дурацких бус! Может быть, просто прекратить производство?
– Извини, Аякс, но ты меня удивляешь, — Берлянт постарался сказать это спокойно. — Но если сейчас перестать подкармливать Воителей кваркитом, они начнут искать новые источники ресурсов. То есть начнут большую войну со всеми, у кого хоть что-то есть. В том числе и с нами. Мы платим за мир, вот и всё.