Стеклянный крест

И – прощайте, ибо все вышесказанное ко мне не относится. Я, не сделавший в жизни никому никакого зла, с малых лет безвинно страдавший, злонамеренно погубленный, останусь здесь, где я есть, такова моя участь, поскольку я абсолютно и окончательно прав перед совестью своей, перед жизнью пресущей и перед людьми, прав изначально и на веки веков, и покаяться мне, увы, не в чем. Посягнувшие на мою жизнь дважды покарали меня: отобрали жизнь – и, превратив в безвинного мученика, лишили права на новую жизнь.
Что ж, я покоряюсь моей участи, мне важно было понять, почему и зачем, теперь же, осмыслив причины и цели, я без ропота и сомнений принимаю свою судьбу. По этим пустым аллеям, мимо мертвых золоченых фонтанов, среди ложной роскоши плебейского рая я буду бесконечно бродить, неся на плечах свой хрупкий, прозрачный, стеклянный, тяжелый крест любви и прощения. Но как же хочется жить, люди добрые, разве я жил? Разве это была жизнь, достойная человека? Разве не выстрадал я право на новую попытку? И разве виноват я в том, что так непоправимо прав?
Не сказав ни слова спорщикам, я поднялся и слепо, ничего не видя перед собою, пошел по сверкающей, грозно хрустящей гранитной террасе. Они кричали что-то мне вслед, насмешничали, порицали, но я не оборачивался и не отзывался: какое мне дело до их претензий ко мне, у них свой путь, у меня – свой.
Я шел и думал: Господи, если Ты есть, дай мне сил перенести эту вечную муку. Но Тебя нет, это я знаю наверное.
ЕСТЬ ТОЛЬКО Я.