Микрорассказы

 
Щупальца жизни
Хлистопил был храбрым хлебателем, однако и он испугался, когда по надшкирнадью затрепыхало. Затреп был не особенно гризким, но шманцы против обыкновения вели себя неспокойно, а надо быть совершеннейшим марципулом, чтобы не обращать внимания на такой явный признак всеобщего мандража.
И верно. К междутравью налетел бешеный кош. Хлистопил к тому времени уже давно засмунился и мог даже позволить себе, пожертвовав двенадцать старых гляделов, которые все равно пора перечапивать, понаблюдать за кошением.
Кош был великолепен! Поперву вдоль кирити подздвигнулись многочисленные свиты, с нежным сипением размудрились лагры, но немедленно смазались — и все покатилось. Пожалуй во всей округе не осталось ни одного спокойного чандыра; кроткие шманцы тонкими заколюками раздирали зазевавшегося молодого хлебателя, даже по бесчувственным и словно неживым чурам пробегали разноцветья. А над всем и внутри всего слышалось страшное и такое притягательное корлотанье бешеного коша.
Кош еще не вошел в полную силу, а Хлистопил уже чувствовал, как падает давление в гляделах. Потом они сморщились и, отделившись от осей, улетели.
Когда засмун распустился — коша уже не было. Хлистопил опхихнулся и побрел по средомью, машинально сгербая эразмы. Потом остановился возле пострадавшего хлебателя, которому еще не скоро предстояло гигеироваться, и задумался второй или, быть может, третий раз за свою жизнь.