Слепая ива и спящая девушка

...Я задумался о маленьких мушках, гнездившихся в ее ухе. Они схватили сладкую пыльцу своими шестью лапками, проникли в ее теплую тьму, грызли ее мягкую нежно-розовую плоть, пили кровь, откладывали в мозгу маленькие яйца. Но их формы - не видно, зуда крыльев - не слышно... 
- Ладно, хорош! - сказал я. 
Брат развернулся и сел ко мне лицом: 
- Ну, как - что-нибудь изменилось? 
- Нет, с виду все по-прежнему. 
- Ну... может, там тебе что показалось? 
- Да нет, обычное ухо. 
Похоже, он отчаялся. Может, я что-то не так сказал? 
- Как процедура? Больно? 
- Да нет, не очень. Как и прежде. Так же ковыряли теми же предметами. Но мне кажется, на этот раз там что-то перетерлось. Такое ощущение, что оно - это ухо - стало чужим. 
- Двадцать восьмой, - сказал брат чуть позже. - Нам двадцать восьмой подойдет? 
Я все это время о чем-то думал, но, услышав его, поднял голову и увидел, как на подъеме, сбросив скорость, поворачивает автобус. Не новый, как тот, а старый - привычной формы. Впереди виднелся номер 28. Я попытался встать со скамейки, но толком не смог. Руки-ноги не слушались, будто я стоял посреди стремительного потока. 
В тот момент я вспомнил про коробку шоколада, которую вез в больницу тем летним днем. Когда подруга с нетерпением открыла крышку, дюжина маленьких шоколадок уже потеряла форму и слиплась между крышкой и бумажной прокладкой. По пути в больницу мы остановили мотоцикл на берегу моря и, валяясь на песке, болтали о всякой всячине. Все это время коробка лежала под жарким августовским солнцем. Вот так из-за нашего разгильдяйства и самоуверенности сладости совсем потеряли форму. Мы должны были хоть что-то понять. Кто-то из нас должен был сказать об этом хоть одно серьезное слово. Однако в тот день мы, так ничего и не осознав, обменялись парой глупых шуток и расстались, оставив холм во власти зарослей слепой ивы. 
Брат крепко схватил меня за правую руку. 
- Что с тобой? 
Я очнулся и встал со скамейки - на это раз без проблем. Еще раз ощутил на коже дуновение привычного майского ветра. Затем всего на несколько секунд поймал себя в каком-то странном и темном углу, где не было видимых предметов, а находились одни невидимые. Но тут у меня перед носом остановился реальный автобус No 28. Открыл реальные двери. И я сел в него, чтобы уехать в какое-то другое место. 
Я положил руку на плечо брата: 
- Все в порядке... 
Ноябрь 1995 г.