Влюбленная женщина

Патриция с трудом сдержала себя, чтобы не запустить чем-нибудь ему вслед. Но она успокоила себя мыслью о том, что час расплаты обязательно наступит.
Вечером Стив прислал ей с Дэвидом несколько больших скоросшивателей для хранения документации и офисную тумбочку, которая отлично помещалась под стол. Патриция осталась довольна — теперь кабинет более-менее обустроен.
Три с половиной недели Патриция работала не покладая рук, демонстрируя чудеса профессионализма и терпения. Однако это никак не повлияло на отношение к ней Стива Эрбоу.
Патриция очень переживала и почти отчаялась, как судьба подбросила ей шанс.
В этот день неприятности сыпались как из рога изобилия. Лиз слегла с мигренью. У единственной на острове моторки, которая каждый день доставляла в ресторан свежайшие морепродукты, сломался мотор, а деталь, необходимую для его ремонта, можно было достать только на материке. Джон вернулся из школы с нездоровым румянцем, непонятной сыпью и известием, что у его лучшего друга ветрянка.
Апофеозом стала неявка на работу официантки из местных, передавшая через младшую сестренку, что нездорова и не сможет выйти на работу.
Исчерпав все возможности найти замену для Лиз и заболевшей официантки, Стив бросил телефонную трубку на рычаг и обратился к Патриции:
— Посмотрим, на что вы способны, мисс Профессионализм и Компетентность.
— Только я и вы? — с легким испугом спросила Патриция.
— Дэвид поможет накрывать на столы, — прозвучал ответ, сопровождаемый саркастической усмешкой. — Справитесь?
Он, кажется, бросает ей вызов? Что ж, она его принимает!
— Конечно.
  
4
 
Спустя пять часов последний гость покинул ресторан, в подсвечниках догорали свечи. Площадка, где готовились блюда, походила на поле битвы после отхода неприятеля.
Так, во всяком случае, казалось Патриции. Ее взгляд уныло скользил по столам с грязной посудой, по бесчисленному множеству кастрюлек, в которых готовили изысканные соусы, по батарее пустых бутылок. А порядок предстояло наводить ей, и ничьей помощи не предвиделось. Патриция чувствовала себя Золушкой. Только у той была Добрая фея, а у нее… Да Стив Эрбоу хуже самой злой Мачехи! Патриция выбивалась из сил, стараясь угодить клиентам и работодателю, разумеется, а он гонял ее и без конца делал замечания!
Усталость, наложенная на обиду, дала потрясающий эффект.
Внимание Патриции привлекла не полностью опорожненная бутылка вина. Она неторопливо сняла фартук, взяла чистый бокал, налила туда немного вина и с наслаждением выплеснула его в лицо Стива.
— Благодарю вас, мистер Эрбоу, — прошипела она, — никогда в жизни я не видела более свинского поведения и не испытывала больших унижений! И это при том, что я все время старалась помочь. Нет, не просто старалась! Только благодаря мне гости сегодня не разбежались!
— Обстоятельства сложились неблагоприятно, — заявил Стив, протирая глаза и моргая. — Я нервничал, потому что мне приходится отвечать за все.
И это вместо извинений? Оправдывает свое хамское поведение тем, что ему, видите ли, тоже пришлось нелегко! Он, видите ли, нервничал!
— Дрянь! — закричала в запале Патриция, — ты сделал все, чтобы испортить мне жизнь своими мелочными придирками, брюзжанием, косыми взглядами и тому подобными гадостями!
На этот раз в Стива полетел почти полный соусник.
Стив, который был уже настороже, уклонился и рассмеялся Патриции прямо в лицо. Она метнула в него блюдо с клубникой и оглянулась в поисках еще чего-нибудь, чем можно было бы запустить в эту наглую ухмыляющуюся физиономию.
Стив не стал дожидаться продолжения, схватил Патрицию в охапку и понес, брыкающуюся, на пляж.
— Поставь меня! — вырываясь, потребовала Патриция.
Стив подчинился, и… Патриция оказалась по колено в воде. Однако Стив по-прежнему обнимал ее за талию.
— Пусти! — яростно выкрикнула Патриция. К душевным страданиям добавились и физические — мокрая юбка облепляла ноги, ощущения были не из приятных. — Не знаю, что ты о себе возомнил, но одно могу сказать точно: ты — сумасшедший!
Патриция запоздало сообразила, что ее может услышать кто-нибудь еще, кроме Стива. Страшно даже представить, что он с ней тогда сделает! Патриция оглянулась — пляж, слава Богу, был безлюден. Окна коттеджей были темными, освещена была лишь терраса ресторана, однако Дэвида не было видно.
— Патриция, — голос Стива был мягок, — ты сделана из того же теста, что и я. Поэтому, — без тени насмешки продолжал Стив, — нам нужно воспользоваться раскинувшимися вокруг нас водными просторами.
Он снова поднял Патрицию и быстро опустил, но уже в более глубоком месте. Вода теперь доходила Патриции до плеч. Стив по-прежнему не убрал рук с ее талии.
— Нам обоим не помешает немного охладиться, — сказал он, улыбаясь, — мы перегрелись в прямом и в переносном смысле.
— Охладиться? — Патриция никак не могла успокоиться, ее колотило от нервной дрожи пополам с ознобом. — Я замерзла, а ты, Стив Эрбоу, ненормальный! Не только ненормальный, но и…
Стив воспользовался первой же образовавшейся паузой в ее гневной тираде.
— Ты умеешь плавать на спине, Патриция?
— Конечно, я умею плавать на спине! И именно этим я обычно занимаюсь среди ночи, в обуви и полностью одетая, — сердито ответила она.
— Так раздевайся, — предложил Стив. — Сейчас самое время полюбоваться звездами.
Подавая ей пример, он снял с себя рубашку.
— Что ты предлагаешь мне?.. — начала было Патриция ледяным тоном.
— Просто слиться с природой, — объяснил Стив, не без труда стаскивая под водой брюки. — Превосходно! Чем дольше ты находишься в воде, тем теплее она кажется, — разглагольствовал он, уже лежа на спине. — Смотри-ка, звезда упала!
Патриция, сама не понимая почему, ощутила вдруг непреодолимое желание слиться с природой. Она избавилась от одежды и от обуви, и чувство свободы, как физической, так и душевной, пришло практически мгновенно. Патриция набрала полную грудь воздуха и нырнула. Вынырнув, она раскинула руки и поплыла на спине.
По темной поверхности воды бежала лунная дорожка. Вокруг стояла тишина, нарушаемая ритмичным звуком разбивающихся о рифы волн. Млечный путь казался серебряным мазком на фоне черного неба, при желании до него можно было дотянуться рукой.
— Неплохо, правда? — Голос Стива был вполне дружелюбным.
— И все равно, я считаю, что ты ненормальный. — Патриция не торопилась с ответом. — Я тебе не прощаю ничего, но… звезды чудесны.
Стив мягко рассмеялся.
— На самом деле, Патриция, сегодня вечером ты совершила невозможное.
— Так почему же?..
— Давай выходить. Выпьем по рюмочке, и я расскажу тебе почему.
На берег они вышли вместе. Стив взял Патрицию за руку.
— Давай пробежимся, — предложил он, — до твоего бунгало.
— Так-так. А какими еще видами спорта мы займемся сегодня вечером? — Патриция снова не скрывала иронии.
— Я не имел в виду ничего неприличного, — успокоил ее Стив, — просто нам надо согреться.
Патриция колебалась, но вскоре сообразила, что стоит посреди пляжа в одном нижнем белье, а взгляд Стива устремляется поочередно то на кружевной лифчик, то на треугольник трусиков, эффектно облепивших ее красивую фигуру.
— Хорошо, — поспешно сказала Патриция, — но больше спортом я сегодня не занимаюсь.
Стив кивнул, и парочка ночных купальщиков устремилась к бунгало.
За двадцать минут Патриция успела принять душ и сушила волосы, завернувшись в махровое полотенце небесно-голубого цвета. Стив успел забежать в свое бунгало и переодеться: на нем была старая трикотажная футболка и шорты. Причесываться он не стал — в лучшем случае воспользовался вместо расчески пятерней.
Стив пришел в гости не с пустыми руками — он принес кофе по-ирландски, украшенный сверху сливками, посыпанными шоколадом.