Право приказа

- Что делает, паршивец, - прошипел Шеланов. - Двигатель загубит... 
"Мухолов" стремительно мчался наперерез лайнеру и не думал тормозить. Шеланов высветил на вариаторе траекторию его движения, и она заплясала по экрану, пересекаясь с траекторией движения лайнера. Очевидно, Банкони отключил компьютер бота, который ни за что не допустил бы столкновения. 
- Что делает, что делает, - скрипел зубами Шеланов. - Лайнер же сожжет его метеоритной защитой... Но Банкони все верно рассчитал. Компьютер лайнера прикинул, что ему энергетически выгоднее затормозить, чем уничтожить летящий на таран бот, и включил тормозные двигатели. 
Они разминулись у самой диафрагмы. Уколом иглы "мухолов" по касательной пронзил ее радужную оболочку и, потеряв ускорение, выскочил с другой стороны. Лайнер же, практически сбросив скорость до нуля, медленно вползал в диафрагму. 
- Бот 3Х-47, - сухим, сорванным голосом запросил Шеланов, - что у вас? 
- Все нормально, - бодро отозвался Банкони. - Двигатель сгорел. Торможу аварийным химическим. До полной остановки горючего не хватит. 
- Потерпишь, - зло процедил Шеланов. - Включи блок-пеленг, потом как-нибудь выловим... 
И тут зажегся центральный экран, и на нем появилось молодое, почти мальчишеское лицо в пилотке капитана. 
- Я - "Градиент"... - начал капитан, но тут же осекся от громового крика Шеланова. 
- Назад! - заорал Шеланов. - "Градиент" - назад!!! Двигатели на полную мощность и - назад! 
Мгновенье мальчишка-капитан оторопело смотрел на Шеланова, затем бросился к пульту управления. На соседнем экране было видно, как двигатели лайнера, уже почти погрузившегося поя радужную оболочку диафрагмы, слабо засветились, лайнер почти остановился... Но каких-то долей секунды ему все-таки не хватило. Лайнер вполз в диафрагму, и свечение двигателей погасло. Капитан "Градиента" еще некоторое время возился у пульта, затем растерянно обернулся к нам. 
- Не включаются... - по-мальчишески обиженно протянул он. Шеланов обессилено упал в кресло. Слов у него не было. "Ведь это все, - с ужасом подумал я. - Из диафрагмы лайнер ничем не вытянешь..." 
- Каким образом вы очутились в запретной зоне? - неожиданно произнес за спиной спокойный голос. 
Посреди рубки стоял капитан патрульно-спасательной службы Нордвик. Три дня назад он высадился на станции с крейсера ПСС, который через неделю, после дежурного патрулирования в своем секторе над плоскостью эклиптики, должен был забрать его. Не знаю, с какой целью он остался на станции, - то ли с инспекционной, то ли просто отдохнуть и поболтать по старой дружбе с Шелановым (он и раньше бывал у нас), - но сейчас он стоял здесь. 
- Я... - замялся молоденький капитан "Градиента", но тотчас взял себя в руки. - На лайнере "Градиент" проводится профилактический осмотр всех систем управления. Поскольку профилактический осмотр внеплановый и всесторонний лайнер, чтобы не мешать другим судам, сведен с трассы и выведен в "мертвую зону" над плоскостью эклиптики. 
- По чьему приказу проводится профилактический осмотр? Капитан "Градиента" снова замялся и смущенно отвел глаза в сторону. 
- По моему... 
- Вы что, при проведении осмотра отключили и астронавигационную систему? 
- Да. 
- Какого черта! - простонал Шеланов. Он приподнялся в кресле, с ненавистью глядя на экран. - Посмотрел бы хоть на навигационную карту, где наш район объявлен запретным! 
Мальчишка-капитан испуганно заморгал. 
Нордвик подошел сзади к Шеланову и успокаивающе положил ему руку на плечо. 
- Это ваш первый самостоятельный рейс? 
- Да, - поспешно кивнул капитан "Градиента". Как будто это могло служить ему оправданием!.. 
Шеланов снова застонал. 
"Любознательный мальчишка", - с тоской подумал я. Конечно, его можно было понять. Целый год стажировки - и вот, наконец, он капитан. Единственный повелитель огромного космического лайнера. Если можно считать повелителем человека, посаженного в кресло пилота неизвестно зачем, поскольку программу полета полностью выполняет многократно дублированный компьютер. Естественно, что в своем первом самостоятельном рейсе ему захотелось хоть что-то сделать самому. Хотя бы провести профилактику... 
- Сколько на борту пассажиров? - продолжал Нордвик. Я заметил, как он сильнее сжал плечо Шеланова. 
- Восемьсот двадцать три. Туристический рейс "Земля - Марс - Кольца Сатурна - Пояс астероидов - Земля". 
Молоденький капитан "Градиента" вдруг заискивающе улыбнулся и совсем по-мальчишески заглянул в глаза Нордвику: 
- Меня теперь отстранят от работы, да? 
Я чуть было не завыл от бессильной ярости. От жизни тебя освободят, болван ты этакий! Даже в лице Нордвика что-то дрогнуло. 
- Никаких действий не предпринимать, - жестко сказал он. - Пассажирам, если будут интересоваться, скажите, что проводите профилактику. Ждите связи. 
Нордвик наклонился над пультом, что-то выискивая на нем. Мальчишка с экрана смотрел на нас обреченным взглядом. Если бы он знал... 
- Как его отключить? - резко повернулся ко мне Нордвик. Я протянул руку и щелкнул клавишей. Центральный экран погас. Нордвик выпрямился и посмотрел на Шеланова. 
- Что будем делать? 
- А что мы можем... - с болью протянул Шеланов. - Я уже перебрал в уме все варианты. Он обречен. 
- Послушай! - повысил голос Нордвик. - Там восемьсот двадцать три... двадцать четыре человека! 
Шеланов съежился, как от удара. Мне тоже стало не по себе. С холодной отрезвляющей ясностью я увидел происходящее как бы со стороны. 
- А почему бы не попробовать вытащить лайнер ботом? - снова спокойно, овладев собой, спросил Нордвик. 
Шеланов поднял голову и непонимающе посмотрел на него. 
- Почему нельзя вытащить лайнер ботом? - повторил Нордвик. 
- Потому что поле диафрагмы глушит гравиимпульс двигателей, - ответил я. 
- Но, насколько я знаю, вы специально для полетов в диафрагме установили на ботах аварийные химические двигатели? 
Я было воспрянул духом, но тут же сник. Эти двигатели были предназначены для барражирования ботов в диафрагме и не рассчитаны на дополнительную нагрузку. 
- Они очень маломощны, - тускло сказал Шеланов. - Да и горючего там на пять минут работы.