Адмирал Ушаков. Том 3

Константинополю, но из-за встречных ветров простоял там больше
месяца. Выйдя 23 октября (4 ноября) из Босфора, русская
эскадра 26 октября (7 ноября) 1800 года возвратилась в родной
Севастополь 3.
Русский Черноморский флот, находившийся в экспедиции
2 года и 2V2 месяца, закончил победоносную кампанию,
лишившись около 400 человек личного состава, но не потеряв ни одного
корабля. Это ярче всего говорило об умении флотоводца
побеждать с малым числом людей и кораблей и с малыми потерями,
о высоком воинском мастерстве русских моряков.
Кампания эскадры под командованием Ф. Ф. Ушакова в
Италии вновь показала высокий уровень русского военно-морского
искусства.
Образцовое проведение высадки десантов на побережье
противника, длительное крейсерство кораблей с целью блокады
побережья и нанесения удара торговле противника, осада сильных
крепостей с последующим их штурмом, беспримерно смелая атака
неприятельских кораблей в гавани, поддержка со стороны моря
действий сухопутных войск,— таков краткий перечень
многообразных боевых действий, проведенных с большим
искусством и эффективностью русскими моряками под командова-
нием Ф. Ф. Ушакова в Средиземноморской кампании. Ф. Ф.
Ушаков показал в этот период во всей полноте свой талант
выдающегося флотоводца. И если в прошлых кампаниях против
Турции он проявил себя выдающимся мастером баталий в открытом
море и новатором маневренной тактики парусного флота,
то здесь Ф. Ф. Ушаков показал подлинные образцы искусства
блокады и штурма приморских крепостей, организации
тактического и стратегического взаимодействия с сухопутными
войсками.
Ф. Ф. Ушаков обнаружил в Средиземноморской кампании
удивительное умение боевого управления кораблями эскадры,
действовавшими одновременно в различных пунктах огромного
морского пространства. При этом надо учесть, что все это
проходило в отдаленную от нас эпоху полного отсутствия каких-
либо технических средств связи, тем не менее все распоряжения
адмирала, как правило, выполнялись своевременно и с большой
точностью.
В Итальянскую кампанию Ф. Ф. Ушаков сумел с большой
полнотой использовать завоеванный ранее плацдарм на
Средиземном море — Корфу и другие Ионические острова, создав тахм
для своей эскадры основную базу.
Выдающийся русский адмирал в этот период продолжал
с большим политическим тактом помогать местным властям
в управлении созданной при его активном участии республикой
семи островов.
Несмотря на исключительную сложность обстановки в
Италии и бесконечные интриги английских и австрийских
дипломатических и военных деятелей, Ф. Ф. Ушаков в содружестве с
великим Суворовым с достоинством отстаивал честь и интересы
русского национального флага.
В Итальянскую кампанию выявилось тесное боевое
содружество выдающегося русского флотоводца Ф. Ф. Ушакова с
великим русским полководцем А. В. Суворовым, единство их
взглядов на многие вопросы ведения войны и воспитания личного
состава. Никогда раньше личный боевой контакт между
Суворовым и Ушаковым не был так близок, как в эту кампанию.
Примечательно, что как в русской армии в области военной
теории ряд положений А. В. Суворова сразу же вошли в уставы
и наставления, так и в боевой официальной документации для
русского военно-морского флота нашли место многие положения
Ф. Ф. Ушакова. Небезынтересно отметить, что уже в
Итальянскую кампанию основным тактическим руководством для всего
русского флота служила Сигнальная книга1, в которой нашли
отражение боевой опыт и некоторые положения из тактических
воззрений Ф. Ф. Ушакова.
Отдельные приемы тактики Ф. Ф. Ушакова и его
теоретические рассуждения оказали также влияние на раздел о боевых
действиях Устава военного флота 1797 года.
Такие приемы Ушакова, как атака по флагманским кораблям
противника, нападение на неприятельский флот с меньшими
силами, его расчленение и окружение по частям с последующим
уничтожением, получили отражение в 16 артикулах Сигнальной
книги х.
Вопросу использования кораблей резерва (опыт сражений
Керченского, под Тендрой и Калиакрией) посвящен специальный
раздел Сигнальной книги, где в шести артикулах показываются
примерные случаи использования корпуса резерва.
Преследование противника без соблюдения порядка номеров (опыт
сражений под Керчью, Тендрой, Калиакрией2) нашло свое отражение
также в шести артикулах Сигнальной книги. И, наконец, почти
половину книги занимает раздел «О прибрежных действиях: т. е.
о свозе десанта, атаке крепостей и укрепленных кораблей 3 в пор-
чах». В этом разделе, состоящем почти из 200 артикулов, много
общего с практикой ушаковских действий как под Корфу4, так
и в Итальянской кампании. Большое место в Сигнальной книге
уделено также вопросам крейсерства и разведке, т. е. всему тому,
чему так много всегда уделял внимания Ф. Ф. Ушаков и его
предшественник Г. А. Спиридов.
Устав военного флота 1797 года являлся дальнейшей
разработкой Петровского устава. Если для армии павловские
регламенты были шагом назад, то, к счастью русского флота, русские
моряки сумели не только отстоять здоровую основу Петровского
устава, но и пойти дальше. В ряде официальных наставлений и
в Уставе 1797 года нашли отражение новаторские тактические
приемы Ф. Ф. Ушакова.
Интересно отметить, что тактические приемы,
сформулированные в сигнальных книгах, были богаче и ближе к воззрениям
Ф. Ф. Ушакова, чем Устав 1797 года, в котором еще было
заметно влияние изживавшей себя в тот период линейной тактики
морского боя 5.
Устав военного флота 1797 года и сигнальные книги
отражали главным образом боевой опыт отечественного флота. Но
русское военно-морское искусство не проходило мимо всего цен-
ного, что было в иностранных флотах. Будучи в своей основе
национальным и для своего времени передовым, оно не являлось
изолированным от военно-морского искусства других стран.
Так, еще при Петре I, в 1709 г., на русский язык была
переведена полезная для кораблестроителей книга Карла Аларда
«Строение (новое голландское корабельное), глашающее чинение
кораблей...»
В 1732—1733 гг. Российская Академия наук издала на
русском языке двухтомный труд француза д'Сен-Реми «Мемории,
или записки артиллерийские... так на море, как на сухом пути...»
Был переведен и издан еще ряд других полезных для русского
флота книг !.
Русская военно-морская мысль использовала лучшие образцы
мировой научной мысли, и русские моряки всегда умели трезво
оценивать все полезное, что было в иностранных флотах.
Несмотря на то, что Ф. Ф. Ушаков много сделал для
русского флота и России и его авторитет среди русских моряков
был непоколебим, он не получил должного признания со стороны
Александра I и его окружения, о чем неопровержимо
свидетельствует последняя и, к сожалению, самая малочисленная группа
документов III тома. Попав в опалу, Ф. Ф. Ушаков был
назначен на малозначащую должность командующего галерным
флотом в Петербурге, а затем в 1807 году и вовсе отстранен ог
службы. В ряде документов говорится о переживаниях адмирала
в связи с издевательским отношением к нему императора
Александра I и его приближенных.
В заключительном разделе рассказывается о большом
патриотическом порыве Ф. Ф. Ушакова в период Отечественной
войны 1812 года. Адмирал был поставлен тогда во главе
тамбовского ополчения и пожертвовал большую часть своих сбережений
в фонд лечения больных воинов и в помощь русским людям,