Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1

дальнейшему выполнению высочайшего его императорского величества
предписания. При сем же доношу пред сим во время крейсиро-
вания, когда подходил с эскадрою в близость Ахтиарского порта,
посылал я на Ахтиарский рейд корабли «Святую Троицу»,
«Богоявление Господне», фрегат «Александр» и акат «Ирину» для
оказания на них потребных исправлениев, а по свидетельству от
Конторы Ахтиарского порта оказались на них на корабле
«Святой Троицы» худость от гнилостей и ослабление в большом
шпиле, руль в креплении ослаб, имел движение, на «Богоявлении
Господнем» также руль в креплении был слаб, на фрегате
«Александр» гротмачта от гнилостей и трещин оказалась худа; на
акате «Св. Ирина» была небольшая течь, все оные надобности
тогда же исправлены и суда возвратились к эскадре и
находились со мною в крейсерстве. В прежние времена во время
прошедших кампаниев всегда замечаемо было на многих кораблях
и фрегатах оказывалась течь под бархоутами, в стыках и пазах
настоящей обшивки, я представлял неоднократно в бывшее
Черноморское Адмиралтейское правление и просил, чтобы повелеш
было со всех судов при килевании под бархоутами всю ту
верхнюю обшивку, которая по выгрузке остается сверх воды, снимать
и настоящую обшивку, пазы и стыки оконопачивать, а без того
ежегодно и всегда во время кампаний на море на судах течь
неминуемо показываться может, при том же уповательно чрез
трехлетнюю килевку кораблей и во всей настоящей обшивке во
многих пазах пенька ослабевать может и оставляя под верхнюю
обшивкою без исправления течь в кораблях неминуемо ж
оказываться будет; за всем тем стараюсь я по всей возможности все
таковые худости временами поправлять и предписанных мне
повелений выполнять не мало не упущая, хотя при том нахожусь
иногда и в небезопасности, но по всей возможности всей прилеж-
ностию и рачением выполняю. Во все времена крейсирования
с эскадрою на море никаких касательных к донесению важных
видимостей не оказалось и не замечено, а также и из
Константинополя известиев вновь никаких не получено, о чем сим и
доношу.
Заметил я также и от некоторых дошло ко мне сведение,
что служители многие обращаются в пьянстве; рекомендую
вашему превосходительству наистрожайше оное запретить, пьяных
наказывать и тем усмирить и оное прекратить, а с господ
командующих за слабое содержание, ежели чьей команды впредь
окажутся служители пьяные, делать строгое взыскание и
понудить их к прекращению по команде таковых беспорядков;
пьяных служителей всех без изъятия приказать брать под караул и,
по рассмотрении, при командах наказывать.
Контора черноморских флотов рапортом доносит, что вице-
адмирал Ушаков от 8 числа марта дал Севастопольской конторе
повеление вооружать назначенные к походу суда, сие учинено
им без предварительнаго о том сношения с конторою и с
адмиралом Мордвиновым; а от 15 того же марта донесено им
конторе главнаго командира, что суда вооружением с поспешностью
приуготовляются, и требовал укомплектовать оные служителями
солдатской команды и прибавить артиллерийских сверх штатного
положения. По исследовании причин, почему он, Ушаков,
приступил к столь раннему и скорому вооружению, не предварив об
оном и отношением своим по команде, прислал он, вице-адмирал
Ушаков, на имя адмирала Мордвинова рапорт, возлагая во оном
всю винность на него, адмирала, по поводу предписаний, к нему
в двояком смысле последовавших; но в ордерах, данных ему от
Мордвинова, заключалось только: в первом, при котором
препровождена копия с высочайшего рескрипта и письма
вице-президента Голенищева-Кутузова, о приуготовлении флотов; а во
втором предписано было ожидать ему назначения времени к
вооружению; и как сии два ордера, так и реченный рапорт Ушакова
контора черноморских флотов представляя Коллегии «а
рассмотрение, доносит, что хотя означенный вице-адмирал Ушаков и
пишет, что он словесно приказал Севастопольской конторе
производить служителям с начала вооружения судов не морской, а
сухопутный провиант, однако словесное приказание не может быть
в отмену узаконения, которым повелено: давать провиант
морской со дня вооружения, а судя по таковому раннему
вооружению, в коем по обстоятельствам тамошняго края и не настояло
ни малейшей нужды, знатное количество морского провианта
с начала вооружения должно быть употреблено бесполезно, и чрез
что может не достать на всю кампанию, как же служители
будут требовать отпуску провизии в силу узаконения, а офицеры
порционов, контора располагала и расчисление сделала в
заготовлении того провианта о вооружении флота к маю месяцу,
почему и испрашивает повеления, с котораго числа отпускать
следует морской провиант служителям?
Решение
1) Хотя контора и почитает вице-адмирала Ушакова
виновным в том, что учинил он вооружение судов без сношения его
с конторою и главным командиром, и что по исследовании
причин, почему он, Ушаков, приступил к столь раннему вооружению,
не предварив о том по команде, прислал он рапорт на имя
адмирала Мордвинова, в коем и возлагает всю винность на его, по
поводу предписаний к нему, якобы в двояком смысле
последовавших; но Коллегия, рассматривая все сии обстоятельства и
соображая с высочайшими повелениями, не только что не причитает
ему, Ушакову, скоропостижное вооружение судов в вину, но, на-
противу того, относит ему то к похвале.
2) Что приказал он словесно конторе Севастопольской
производить служителям с начала вооружения судов не морской, а
сухопутный провиант, но и сие Коллегия также не поставляет ему
в вину, ибо, хотя по уставу и должны служители со дня
вооружения получать морскую провизию, а Коллегия не иначе оную
производить, как по силе сенатского указа генваря от 31-го
1745 года, за вооружение за две недели, а за разоружение за
неделю, а иногда в сбережение провизии делает заплату день*
гами, как и ныне определила произвесть в натуре вино и мясо,
а прочее деньгами, следовательно, вице-адмирал Ушаков,
приказав производить сухопутный провиант, не сделал никакого казне
ущерба.
3) Он, Ушаков, в рапорте к Мордвинову просит повелениями
снабдевать его в полном и достаточном смысле, дабы не можно
было почитать их двояко; почему Коллегия, входя в содержание
высочайшего рескрипта, даннаго адмиралу Мордвинову, и
соображая ордер его, Ушакову данный, находит действительно не
имеющим определительной ясности, и так предписывает в
повелениях, даваемых подчиненным своим, как Конторе главнаго
командира, так и адмиралу Мордвинову соблюдать предписан»
иую законами ясность в точности; о чем и послать указы.
Выполняя именное вашего императорского величества высо«
чайшее повеление с эскадрою, под начальством моим состоящею,
двенадцати кораблей и четырьмя малыми судами, находясь
в крейсерстве и обращаясь в практике и эволюции в преобуче»
нии офицеров и служителей в третий раз обходя Таврические
берега и от оных касаясь на вид острова Тендры берегов Оча«
ковских до Одессы и за оной простирающихся к Днестру, сего
числа с эскадрою подошел в близость Одессы и от оного имею
следовать обратно к Таврическим берегам. Известнее вновь
касающихся никаких важных не имею, также и на море судов
никаких, кроме коммерческих, не заметно. По эскадре суда и