Диаборн (ЛП)
— Обещаешь?
— Обещаю.
Я услышала, как открылась дверь, а потом меня спустили вниз. Я не была в подвале с тех пор, как мы очистили его от вещей Дженис. Я заставила себя не подглядывать, но сопротивляться было трудно.
Куинн молчал, пока его ноги не спустились в подвал.
— Не подглядывай, — предупредил он. — Или мне придется снять кольцо.
— Ты этого не сделаешь!
— Ну, не знаю. Моей маме было трудно отказаться от него, — поддразнил он.
— Твоей маме? — трудно было не взглянуть на него после такого комментария, и моя рука соскользнула с моих глаз. Один взгляд на него, и я знала, что его встреча с мамой прошла хорошо. — Расскажи мне все, Куинн. Все.
— Хорошо. Что ж, я просто дразнил тебя, когда сказал, что хочу снять кольцо. Она хочет, чтобы оно было у тебя. Мой папа подарил ей его после того, как она сказала ему, что беременна.
Я ахнула.
— Обручальное кольцо?
— Скорее обещание, — он повернулся, как будто пытался провести нас через еще один дверной проем. — Но разве это не обязательство? И брак, если на то пошло? Обещание, что я никогда не буду смотреть на другую женщину, лишь на тебя. Что я никогда не собьюсь с пути. Что я сделаю все, что в моих силах, чтобы сделать каждый твой день лучше, чем предыдущий. Что я буду делать это только по той причине, что увижу улыбку на твоем лице.
Я раздвинула пальцы, чтобы взглянуть сквозь них на комнату, которая была ярко освещена.
— Что это? — прошептала я.
— Наша комната. Тебе нравится?
Слезы собрались в уголках моих глаз.
— Это самое удивительное, что я когда-либо видела.
Он поставил меня на ноги, чтобы я могла осмотреться. В центре комнаты стояла только кровать. Она была настолько велика, что должно быть была сделана на заказ. Постельное белье было цвета сотни разных оттенков зеленого, и когда я провела рукой по нему, оно оказалось мягче любой травы. Зажженный камин украшал стену у подножия кровати.
Но самая лучшая часть — деревья, которые Куинн каким-то образом пересадил в подвал. Казалось, они растут прямо из пола, простирающиеся до потолка, где они расширяются, создавая навес более естественный и ошеломляющий, чем даже наверху. По голым ветвям он набросал рождественские огни, что я думала, что это было самым романтичным на земле.
— Это великолепно, — сказала я, кружась по кругу. — Я хочу остаться здесь навсегда.
— И это только для нас. Независимо от того, кто приходит и проходит через наш дом, это пространство является нашим и только нашим. Это то место, куда ты сможешь прийти, чтобы отгородится от всего и всех. Когда всего становится слишком много, когда мир давит на тебя, это твое убежище.
Я села на огромную кровать и сжала простыни пальцами.
— Нет, Куинн. Ты — мое убежище.
Он прошел по комнате с блеском в глазах, который я хорошо знала. Его руки оказались на моем лице в движении, с которым я так же хорошо была знакома.
— Тебе нравится, — сказал он.
Я кивнула головой, привлекая его ближе, пока его губы едва не касались моих.
— Я люблю тебя.
Это были всего три маленьких слова, но они обещали целую волшебную жизнь.
Конец