Собрание сочинений в десяти томах. Том пятый. Драмы в стихах. Эпические поэмы

Часть 36 из 145 Информация о книге
Эсфирь
  Да, ты мне помогал во всем, всегда и всюду,
 И если ты умрешь, я это не забуду.
 
 
Мардохей
  О, если б умереть за край своих отцов!
 Но я же гибну зря от этих подлецов.
 И вот под солнышком, среди пустой равнины,
 Под снегом и дождем висят мои седины!
 И вот, как лакомство, чтоб коротать досуг,
 Бродяги-вороны клюют мой сладкий тук!
 И вот, иссохшие и голые, как трости,
 При всяком сквознячке побрякивают кости!
 Страшилище другим, стыд самому себе,
 Хула Израилю и что, скажи, — тебе?
 
 
Эсфирь
  Конечно, плач и скорбь! Но я найду уловки,
 Чтобы поменьше ты болтался на веревке;
 И, умастив твой труп, заботясь и любя,
 Я с должной честию похороню тебя.
 
 
Мардохей
  Напрасно будешь ты рыдать над верным другом!
 Уж он не явится, как встарь, к твоим услугам,
 С мошной, которую так жадно ты брала,
 На рынке или в зернь все промотав дотла,
 С жемчужной ниткою, с обновкой шелестящей:
 Ты узришь дух пустой, тебе, для муки вящей,
 Несущий видимость сокровищ и монет.
 Ты хочешь их схватить, и вот уже их нет.
 
 
Эсфирь
  А знаешь что, мой друг? Ты должен на прощанье
 Попомнить и меня в духовном завещанье.
 
 
Мардохей
  Я так и сделал бы, как дань твоей красе!
 Но деньги у меня конфисковали все.
 Боюсь, — и с братьями моими то же будет!
 Кто на безденежье тебя деньгами ссудит?
 Торговля упадет, и все те лягут в гроб,
 Кто контрабандою снабжал твой гардероб.
 Не будут и рабынь прельщать твои новинки;
 Придется то носить, что есть на местном рынке.
 И превратишься ты, лишенная всего,
 В невольницу царя и челяди его!
 
 
Эсфирь
  Зачем так говорить? Ну, как тебе не стыдно!
 Когда придет беда, тогда и будет видно.
 
 
^{(Плача.)}
  И это будет так?
 
 
Мардохей
                               Как я сказал, точь-в-точь!
 
 
Эсфирь
  Что ж делать?
 
 
Мардохей
                            Нас спасти!
 
 
Эсфирь
                                                  Ах, убирайся прочь!
 Нет, я хотела бы…
 
 
Мардохей
                                  Ты не договорила.
 Что ты хотела бы?
 
 
Эсфирь
                                   Чтоб все иначе было!
 
 
^{(Уходит.)}
Мардохей
^(один)
  Нет, нет! На доводы здесь нечего скупиться!
 Я не оставлю так, она должна решиться.
 
 
^{(Уходит.)}
Шарлатан
  Сейчас бы выйти должны акробаты,
 Да стали вот дни коротковаты.
 Поэтому завтра поутру
 Мы здесь же продолжим нашу игру.
 А кому напоследок лекарства нужны,
 Тому мы уступим за полцены.
 
 
Раешник
^{(за сценой)}
  Трум, турурум!
 Тарарабум!
 
 
Доктор
  Позовем его, господа!
 
 
Исправник
  Принесите ширму сюда.
 
 
Доктор
  Потушите огни.
 Мы тут в своем кругу, одни.
 Не правда ль, хозяин, ведь мы же — мы?
 
 
Исправник
  Честные люди не боятся тьмы.
 
 
Раешник
  Трум, турурум!
 Тарарабум!
 Свечи долой! Только мой огонек!
 А то не выйдет ничего,
 Туда в темноту, mesdames [6].
 
 
Доктор
  Весьма охотно.
 
 
Раешник
  Трум, турурум!
 Ах, какая всюду темень!
 Сплошь чернота,
 Неустроенна и пуста,
 Не видать ни неба, ни земли.
 Трум…
 Рече господь — «да будет свет»,
 Как он сразу хлынул в ответ!
 Каким вдруг кубарем пошли
 Все четыре стихии!
 В шесть дней все было сотворено,
 Светила, деревья и звери лесные.
 Трум, турурум!
 Тарарабум!
 Вот стоит Адам в раю,
 Вот стоит Ева и слушает змею.
 Изгнаны из врат,
 Волчцы и терние,
 В болезнях рождают чад,
 Увы!
 Трум…
 От нее нечестивый народ
 По земле расплодился.
 Раньше он был не тот!
 Воспевал, молился!
 Больше не верит никаким богам,
 Поношение и срам!
 Вот дамы и кавалеры
 Подают дурные примеры!
 Предаются увеселенью
 Под всякой зеленой тенью,
 На всяком зеленом ложе.
 Доколе, господи боже?
 Трум, турурум!
 Тарарабум!
 Хлынул всемирный потоп;
 Жалостный вопль всех этих особ;
 Тонут в глубокой воде,
 Нет спасенья нигде!
 Трум…
 И вот, смотрите, по лазури
 Стремглав несется Меркурий.
 Ужасной беде полагает конец.
 Слава тебе, всеблагой творец!
 Трум, турурум!
 Тарарабум!
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница