Поэт печали и любви
* * *
Переводы патриотических канцон Леопарди стали появляться в России в 60-е годы XIX столетия. Это был период гарибальдийской эпопеи, и русские шестидесятники горячо сочувствовали итальянским борцам за свободу. Отсвет побед гарибальдийцев падал и на автора канцоны "К Италии". Конец XIX века в России ознаменовался бурным развитием философской науки и новым расцветом поэзии. Возрос интерес к Леопарди как поэту, мыслителю, и к его столетнему юбилею вышло несколько работ. В начале нашего столетия Леопарди привлек к себе внимание поэтов Серебряного века: Вячеслава Иванова, Дмитрия Мережковского, Николая Гумилева, Константина Бальмонта. Теперь в авторе "Бесконечности" видели прежде всего философа, теоретика европейского пессимизма и страдающего человека, едва ли не самого несчастного из всех живущих. Появились издания его философской прозы и сборники стихов.
К середине нашего столетия певец любви и скорби отступил на второй план, но не был полностью забыт. О нем писали в историко-литературных исследованиях, а его переводы появлялись в хрестоматиях.
Воскрешение Леопарди в русском литературном сознании пришлось на конец 60-х годов, когда уже наши шестидесятники возвратили Леопарди русскому читателю. В 1967 году выходит его сборник с интересным предисловием Н. Томашевского и с новыми переводами А. Ахматовой и А. Наймана.
Новые исследования о Леопарди приобретали объективный характер, анализировалась художественная природа его творчества и позиция в контексте европейской литературы. Весомый вклад в развитие русской леопардианы внес собравшийся в Москве в июне 1982 года русско-итальянский симпозиум, посвященный автору "Бесконечности".
Так кто же Леопарди - классицист или романтик? На этот вопрос убедительно ответил И. Голенищев-Кутузов, отметивший у итальянского поэта "слияние классицистских и романтических устремлений", столь плодотворных для формирования реализма. Таковым, по мнению ученого, был путь Пушкина и Лермонтова, современников Леопарди. И это сопоставление, данное русским литературоведом, звучит как высшая оценка творчеству итальянского поэта.
В преддверии двухсотлетия поэта остается вопрос: каково же место Леопарди в мировой литературе, кто он - философ или поэт, "поэтический философ" или поэт мысли? Оставим Богу богово, а кесарю - кесарево. Джакомо Леопарди был мастером интеллектуальной лирики, запечатлевшим в своей поэзии скорбную мысль человеческую. В этом его призвание как поэта. И пока "жив будет хоть один пиит", Леопарди будут помнить и почитать как одного из выдающихся лириков последних двух столетий.