Собрание сочинений в семи томах. Том 4. Пьесы

Разбойник
 
 
Мне при виде вас
 
сказать вдруг захотелось: «Я — разбойник.
 
Так выбирай — жизнь или поцелуй!»
 
 
Мими
 
 
Что ж не сказали? Право, все равно,
 
как поступать со мной. Я беззащитна,
 
как будто связана, безгласна и безвольна.
 
Зачем еще со мной вы говорите?
 
Не скучно вам? Что вы во мне нашли?
 
Зачем окликнули? Зачем остановились?
 
Ах, ведь никто, никто не ходит здесь!
 
Я с самого утра была так рада,
 
что буду целый день одна.
 
Все тешило, во всем ждала отрада.
 
Лесная глушь манила из окна.
 
Себе я больше не казалась робкой.
 
Забыла скуку, слезы и печаль.
 
И ожиданье счастья каждой тропкой
 
меня вело в неведомую даль.
 
И вот ведь завело… Как я несчастна!
 
 
Разбойник
 
 
Несчастна? Почему?
 
 
Мими
 
 
Да, я несчастна.
 
Бог весть что говорю. Скажите правду,
 
не слишком это было неучтиво,
 
что я вас бросила и убежала…
 
 
Разбойник
 
 
Нет.
 
 
Мими
 
 
Я испугалась: вдруг он рассердился.
 
Хотела помахать вам из окна.
 
И надо ж, появляется лесничий.
 
Я слышала, как вы ему кричали:
 
«Знай, нынче же Мими моею будет,
 
увидишь — стоит только мне мигнуть».
 
Ах, почему вы не сказали больше?
 
Что, мол, Мими — безмозглая вертушка,
 
одни лишь ухажеры на уме.
 
Не нужно и мигать… Сама придет.
 
Что ж не сказали так? Ведь это правда.
 
Ведь я и впрямь не знаю, что творю,
 
должно быть, вовсе потеряла разум,
 
от взгляда то бледнею, то горю,
 
кого увижу — сердце так и бьется,
 
заговорит — оно совсем замрет.
 
Ах, как глупа я! Вы тогда кричали,
 
а мне хотелось тут же умереть.
 
Я зарекалась: «Ни за что на свете
 
его не полюблю, его — не буду, не буду…»
 
 
Разбойник
 
 
Ради бога, замолчите.
 
Я хвастал, лгал да пыль пускал в глаза.
 
 
Мими
 
 
Нет, вы не лгали!
 
 
Разбойник
 
 
Сердце — не добыча.
 
Не украдешь и с бою не возьмешь.
 
Насильно мил не будешь.
 
 
Мими
 
 
Ах, неправда!
 
 
Разбойник
 
 
Тут нужно долгую вести осаду…
 
Что сделаешь с налету? Ничего.
 
 
Мими
 
 
Ах, все! Увы!
 
 
Разбойник
 
 
Игрок, плохой игрок,
 
опять похвастал, не дождавшись карты,
 
и проиграл. Чистейшая из всех,
 
тобою встреченных, та, что достойней всех,
 
твоей не будет.
 
 
Мими
 
 
Нет же, нет, неправда.
 
 
Разбойник
 
 
Что вы сказали?
 
 
Мими
 
 
Ничего. И с вами
 
не буду больше вовсе говорить!
 
Я зареклась. Иной мне нужно быть,
 
закрыть глаза и уши,
 
не замечать, не верить, не любить
 
и никого не слушать…
 
Ах, как несчастна я!
 
 
Разбойник
 
 
Несчастна? Почему?
 
 
Мими
 
 
Несчастна я… Но это мне урок…
 
Словно вдруг очнулась и прозрела,
 
словно сотня лет прошла с утра,
 
так я повзрослела, постарела…
 
Впрочем, поумнеть давно пора.
 
Голову теперь никто не вскружит,
 
на душе — защитная броня.
 
Только в сердце наступила стужа,
 
вместо сердца камень у меня.
 
 
Разбойник
(встает)
 
 
Прощай, Мими.
 
 
Мими
 
 
Я вас не отпущу.
 
Вы не страшны. Стократ страшнее было
 
представить вашу смерть. Что делать мне тогда?
 
Ни с кем бы не могла я говорить,
 
навеки разучилась бы смеяться…
 
Что может быть ужаснее, чем знать:
 
он умер по твоей вине, вы оба
 
теперь судьбою связаны до гроба
 
и после гроба… Бедная Мими!
 
Когда б вы умерли, я вместе с вами тоже
 
хотела б умереть…
 
 
(Встает.)
 
 
Представьте, о мой боже,
 
едва сказали мне, что лучше вам,
 
что вы со смертного поднялись ложа,
 
иным все стало в это же мгновенье,
 
как будто дивный сон меня вдруг посетил,
 
лба моего коснулось дуновенье —
 
не то дыхание, не то паренье крыл,
 
казалось мне, что без души и тела,
 
бесплотная, куда-то я летела.
 
Ах, что со мной? Я знаю объясненье:
 
я вас люблю,
 
не стала б жить без вас,
 
за вами на край света побегу.
 
Что я наделала?!
 
 
Разбойник
 
 
О, горе мне, Мими,
 
что вы наделали?! Поймете вы едва ли:
 
сладчайшее из слов вы у меня украли.
 
 
Мими
 
 
Что натворила я? Скорее уходите,
 
теперь всю жизнь придется мне краснеть!
 
Что вы нашли во мне, зачем остановили,
 
как это вам взбрело — желать меня?
 
Я вас люблю,
 
но больше не осмелюсь
 
взглянуть в глаза вам,
 
со стыда сгорю…
 
Пустите, ах, пустите!