Рассказы и очерки

Частным порядком я навестил обманутых вдов и сирот, у которых выманил деньги этот жулик с золотыми зубами, обещая жениться. Вы себе представить не можете, как умеют хныкать и жаловаться эти многострадальные сироты и вдовы! Но все они сходились на том, что обманщик был интеллигентный и представительный господин с золотыми зубами, он красиво и вдохновенно говорил о прелестях семейной жизни. Слушали они его охотно, но ни одна не сняла отпечатков пальцев... До чего легковерны женщины! Одиннадцатая жертва - это было в Каменице - сквозь слезы рассказала мне, что этот субъект был у нее три раза. Он всегда приезжал поездом в половине одиннадцатого утра и, когда в последний раз уходил с ее сбережениями в кармане, взглянул на номер дома и с удивлением сказал: 
- Смотрите-ка, Марженка, сама судьба указывает, что мы должны пожениться: номер вашего дома шестьсот восемнадцать, а я всегда выезжаю к вам поездом в шесть восемнадцать. Не доброе ли это знамение? 
Услышав такие слова, я сказал: "Ей-богу, это знамение!" И тотчас вытащил из кармана расписание поездов. Из него я без труда выяснил, с какой станции можно выехать в 6 часов 18 минут, чтобы пересесть на поезд, прибывающий в Каменице в 10 часов 35 минут. Тщательно все проверив, я убедился, что это станция Выстроите-Нововес. Железнодорожный сыщик, знаете ли, должен хорошо ориентироваться в таких вещах. 
В первый же свободный день я поехал в Бьгстршице и спрашиваю там, на вокзале, не ездит ли оттуда толстый господин с золотыми зубами. "Ездит, - говорит мне начальник станции. Это коммивояжер Лацина, что живет вон там, в домике на нижней улице. Вчера вечером он как раз откуда-то приехал". 
Пошел я к этому Лацине. В сенях встречаю маленькую аккуратненькую хозяйку, спрашиваю ее: "Здесь живет господин Лацина?" - "Это, говорит, мой муж, он сейчас спит после обеда". - "Не важно", - говорю я и иду в комнаты. На диване лежит человек без пиджака; увидев меня, он восклицает: "Батюшки мои, господин Голуб! Мамочка, подай ему стул". 
Тут у меня вся злость прошла - это был мой старый знакомый, аферкст Плихта, специалист по лотерейным билетам. За ним числилось не меньше десяти отсидок. 
- Здорово, Вацлав, - говорю я. - Бросил уже лотереи? 
- Бросил, - говорит Плихта, садясь на диване. - В таком деле вечно надо быть на ногах, а я уже не мальчик. Пятьдесят два года. Хочется отдохнуть. Без конца шататься по домам это уже не для меня. 
- Поэтому ты и взялся за брачные аферы, старый мошенник? 
Плихта вздохнул: 
- Господин Голуб, надо же человеку чем-то жить. Видите ли, когда я в последний раз сидел в кутузке, у меня испортились зубы. Я думаю, это от чечевичной похлебки. Пришлось вставить золотые. Вы себе представить не можете, какое доверие вызывает человек с золотыми зубами. Кроме того, у меня улучшилось пищеварение, и я пополнел. С такими данными волей-неволей пришлось взяться за брачные дела. 
- А где деньги? - прервал я. - У меня в блокноте записаны все твои аферы - их одиннадцать, на общую сумму двести шестнадцать тысяч крон. Где они? 
- Ах, господин Голуб, - отвечает Плихта. - Здесь все имущество принадлежит жене. Дело есть дело. Мое только то, что на мне - шестьсот пятьдесят крон, золотые часы и золотые зубы. Мамочка, я поеду с господином Голубом в Прагу... Но зубы я вставил в рассрочку и должен еще заплатить за них триста крон. Эту сумму я себе оставлю. 
- А сто пятьдесят крон ты должен портному, - напомнила, мамочка. 
- Правильно! - сказал Плихта. - Господин Голуб, я превыше всего ставлю порядочность и аккуратность. Эти качества всегда написаны у человека на лице. Верно? У кого нет долгов, тот смело глядит всем в глаза. Без этого нельзя делать дела. Мамочка, обмахни щеткой мое пальто, чтобы я не осрамил тебя в Праге... Поехали, господин Голуб? 
Плихте дали всего пять месяцев, потому что все женщины заявили на суде, что давали ему деньги добровольно и что прощают его. Только одна не захотела простить - богатая вдова, которую он накрыл всего на пять тысяч. 
Через полгода я снова услышал о двух брачных аферах. Опять Плихта, подумал я, но не стал заниматься этим делом. Однажды пришлось мне поехать на вокзал в Пардубице, там как раз орудовал один "багажник", - знаете, вор, что крадет чемоданы на перроне. Недалеко от Пардубице жила на даче моя семья. Я взял для них в чемоданчик сарделек и копченой колбасы - в деревне, видите ли, это редкость. Я по привычке прошел через весь поезд. 
Гляжу - в одном купе сидит Плихта и обольщает немолодую даму разговорами о нынешнем падении нравов. 
- А! - говорю я. - Опять небось обещаешь жениться? 
Плихта покраснел и, торопливо объяснив спутнице, что ему нужно поговорить со мной по торговому делу, вышел в коридор и сказал мне с укором: 
- Господин Голуб, зачем же так при посторонних! Достаточно кивка, и я сразу выйду к вам. По какому делу вы хотите меня притянуть? 
- Опять нам заявили о двух брачных аферах, - говорю я. Но я сейчас занят, так что сдам тебя полицейскому посту в Пардубице. 
- Пожалуйста, не делайте этого, господин Голуб. Я привык к вам, да и вы меня знаете. Уж лучше я пойду с вами. Прошу вас, господин Голуб, ради старого знакомства. 
- Никак не выходит, - говорю я. - Я должен заехать к своим, это в часе езды отсюда. Куда же мне девать тебя на это время? 
- А я с вами поеду, господин Голуб. По крайней мере вам не будет скучно. 
И он поехал со мной. Когда мы вышли за город, он говорит: 
- Дайте-ка ваш чемоданчик, господин Голуб, я его понесу. И знаете что: я пожилой человек. Когда вы на людях говорите мне "ты", получается нехорошее впечатление... 
Ну, я представил его жене и свояченице как старого знакомого. Так слушайте же, что вышло. Свояченице моей двадцать пять лет, она очень недурна собой. Плихта с ней мило так и солидно побеседовал, а детям дал по конфетке. После кофе он предложил погулять с барышней и детьми и подмигнул мне: мол, мы, мужчины, понимаем друг друга, у вас с женой есть о чем поговорить. Вот какой это был деликатный человек! 
Когда они через час вернулись, дети держали Плихту за руки, а свояченица раскраснелась, как пион, и на прощанье долго жала ему руку.