Охотники

В общем дипломат, если отбросить все его титулы, выглядел представительно. Несмотря на свой метровый рост и черную как уголь кожу, он держался надменно. Вдобавок из одежды на нем была лишь майка из листьев "красного дерева" и церемониальная юбка из перьев страуса…
Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда я поприветствовал его. В ответ меня удостоили лишь слабым кивком головы. Кстати только сейчас я заметил в носу дипломата золотое кольцо. Я чудом сдержал подкативший истерический смех и махнул рукой помощнику, который увел посла и трех человек из его свиты. На этом похоже делегация закончилась, можно было отправляться. Само посольство разместилось в дорогих каютах на верхней палубе. Я отдал команду задраить люки и направился на капитанский мостик.
Зачем мне это все? Теперь в течение трех гиперпрыжков, мне придется обедать с этим карликом за одним столом, слушать его и развлекать на правах гостеприимного хозяина. От подобной перспективы мне захотелось плюнуть на палубу, что любой уважающий себя капитан не имеет права делать. Что ж, ничего не поделаешь. Я запросил местный пост управления полетами о разрешении на вылет, которое мне было немедленно дано.
Как только прошла расстыковка и моя "Акула" завершила подготовку к старту, к борту моего корабля пристроились два патрульных катера, составившие наш почетный эскорт. Корабль медленно поплыл к воротам гиперпространственного коридора, которые уже были активированы. Огромный шестиугольник светился матово-белым светом.
Я запустил разгонные двигатели и предупредил по громкой связи пассажиров о том, чтобы они заняли страховочные кресла в своих каютах и пристегнулись. Мою речь продолжил бортовой компьютер, который металлическим голосом добавил, что надо как можно плотнее закрепить багаж и так далее…
Хотя мне было известно что, несмотря на предупреждения, кто-нибудь обязательно не пристегнется, кто-нибудь забудет положить багаж в отведенные для него места, кто-то напьется, все это повторялось из полета в полет.
При переходе в гиперпространство корабль на несколько минут попадает в зону невесомости. Искусственная гравитация отключается и лишь при прибытии в заданный квадрат все возвращается на свои места.
Так что во время перехода не пристегнутые пассажиры плавают в воздухе разглядывая разноцветные блики за иллюминатором, и пытаясь поймать плавающий в воздухе багаж, а после, все это приобретая тяжесть падает на вниз. Хорошо если никто не пострадал, но обычно во время каждого прыжка несколько сломанных рук и разной тяжести ушибы привычное дело.
И вот тогда начинается самое интересное. Кто-то идет в медицинский блок, а кто-то разыскивает меня, чтобы вручить претензии или пригрозить подачей в суд. А что, пусть подают! Еще ни разу ни один иск пассажира не был удовлетворен. Вас же предупреждали господа…
Но что-то я увлекся. В этот раз переход прошел без проблем и скоро мы уже летели в гиперпространстве по проложенному курсу. По традиции я собрал всех пассажиров в обеденном зале. Обеденный зал, предмет моей гордости, представлял собой огромное помещение. Столы в нем были расставлены согласно рангу пассажиров и классам, в котором они путешествовали… Естественно в первом классе обслуживанием занимались стюарды, и выбор блюд был гораздо больше. Пассажиры же второго и третьего классов довольствовались стандартной едой, которая была утверждена Федеральной комиссией по полетам.
Я представил членов экипажа и ознакомил всех с правилами поведения на борту лайнера. Каждому было показано его место за столом, которое оставалось неизменным до конца полета. Стол капитана и его помощников находился в первом классе, изолированный от остальных пассажиров. Отпустив пассажиров, я напомнил представителю посла об ужине. Она, мило улыбнувшись, кивнула и удалилась.
Вот черт! Представителем оказалась женщина И какая женщина. Интересно, какие функции она выполняла в свите посла. Насколько я понял не то переводчица, не то секретарша, милая молодая девушка с обаятельной улыбкой. Голубые глаза, иссиня черные волосы спадающие волнами на красивые плечи, стройная фигура. Прелесть, да и только.
Наш первый ужин на корабле прошел почти по семейному. Посол к моему облегчению оделся почти нормально, только так и не расстался с золотым кольцом в носу. Девушку кстати звали Мелисса Вор, она являлась личным хранителем малой золотой печати короля Тау-Дракона Менхуто IV и имела звания капитана фельдъегерской службы.
Она явно гордилась своей должностью, хотя насколько мне было известно именно о фельдъегерях в Федерации ходило больше всего анекдотов. Но я благоразумно не стал напоминать ей об этом. Мы поужинали, мирно побеседовав, причем разговаривали только мы с Мелиссой, посол и его помощники отделывались односложными фразами.
Когда ужин закончился, мы мило распрощались и пассажиры отправились по каютам, а я поднялся на капитанский мостик, проверить расчеты штурмана по второму прыжку в гиперпространства. Дело в том, что когда мы вошли в гиперпространство и легли на курс, следовало очень точно соблюдать все его параметры. Если перед очередным переходом мы отклонимся даже на одну десятую градуса, то неизвестно куда нас занесет.
Расчеты меня вполне удовлетворили и я поболтав с дежурным офицером, отправился к себе в каюту предупредив чтобы до утра меня не беспокоили если не случится что-нибудь экстраординарное. В каюте я налил себе виски, улегся на кровать и отдал должное этому волшебному напитку. Наконец, спустя час, я поставил стакан на стол и закрыл глаза.
Разбудил меня зуммер экстренного вызова. Выругавшись, я включил видеофон. На нем появилось лицо дежурного офицера.
- Капитан, поднимитесь пожалуйста на мостик!
Я хотел было вспылить, но увидев глаза офицера, не стал этого делать. Черт, время два часа ночи. Что могло до такой степени напугать человека, которого я знаю уже пять лет? Не найдя ответа на этот вопрос, через пять минут я уже входил в рубку управления.
Войдя в нее, я сразу понял, что наше дело труба. Часть приборов отвечавших за контроль навигации и жизнедеятельности корабля погасли. Бортовой компьютер что-то бубнил о мировом возмездии и девятом ангеле.