Генерал

Снятый с лафета гроб положили на рыжую сырую землю, на краю могилы.
И тогда мать, сестра и жена Ази бросились на гроб. Им дали выплакаться.
Председатель Президиума Верховного Совета республики Мирбашир Касумов поднялся на траурную трибуну. Подняв руку вверх, он попросил тишины.
– Братья и сестры, сегодня мы прощаемся со славным сыном нашего народа Ази Аслановым…
Открыв траурный митинг, он предоставил слово поэту Самеду Вургуну.
– Сегодня такой день, – сказал Вургун, кладя руки на перила трибуны и высоко подняв голову, – когда вся земля Азербайджана оделась в траур.
Самед Вургун замолчал, потому что мать Ази в этот момент потеряла сознание, а Хавер билась в руках Наташи, как птица с подбитыми крыльями.
– Ази, родной! Не пустим тебя в землю! Возьми нас с собой! – кричала Хавер, и Наташа едва удерживала ее и бормотала какие-то бессвязные слова утешения.
Самед Вургун, видя это, не мог продолжать свою речь. Подумав, он сунул руку в карман и достал листок с тем самым стихотворением, которое он написал на смерть Ази бессонной мучительной ночью.
 
 
Баку в печали. Молчаливо море.
 
На облаках вечерних отблеск крови.
 
И в каждом взгляде затаилось горе.
 
Скорбит народ, сурово сдвинув брови.
 
Сын Родины! Печаль страны едина.
 
И скорбно отуманены просторы.
 
Отчизна-мать оплакивает сына.
 
Недвижны и темны леса и горы.
 
А за горами на фронтах далеких,
 
Там произносят клятву перед гробом.
 
Мчат танки, и войска идут потоком,
 
Священный гнев ведет их по сугробам!
 
Промчатся годы. Возмужают дети.
 
С тобой из поколенья в поколенье
 
Пойдет легенда в глубину столетий,
 
Храня эпохи нашей вдохновенье.
 
Возьмет художник кисть. Увидят люди
 
Твой светлый облик, что весны лучистей.
 
Потомкам дальним о герое будет
 
Рассказывать язык пера и кисти.
 
Бабек и Джаваншир сквозь даль столетий
 
Свои мечи склоняют пред тобою.
 
Покуда мир стоит и солнце светит
 
В сердцах нетленна память о герое!