Замок грез (Замок мечты)

— Ваша светлость! Ваша светлость! — Дворецкий бежал через холл к нему, весь взмокший и красный от волнения.
— Что случилось, Перкинс? — Брэден никогда прежде не видел, чтобы старик был в таком волнении, почти в панике.
— Там… этот господин… отец ее светлости! Брэден похолодел.
— Грей? Что ему нужно?
— Он говорил… он настаивал на встрече с герцогиней. Мы все — и лакеи, и садовники, даже конюхи, пытались остановить его, но он…
— Где он?
— Он пытался войти в дом, я, конечно, не пустил его, и он как будто ушел, по крайней мере, я так подумал. Но Добсон только что заметил, как он взбирается на тот дуб, что с другой стороны дома. Хардинг сейчас пытается стащить его, но я боюсь…
— О Господи! — Брэден, уже не слушая старика, мчался наверх. Дуб, о котором говорил Перкинс, прямо под окном спальни Касси. Грей, конечно, не может знать об этом, но если предположить, что он сегодня трезв, то ему без труда удастся взобраться на дерево и на балкон к Касси.
∙ Касси смотрела на свое отражение в зеркале и не узнавала себя: испуганная, усталая женщина глядела на нее оттуда. Она до сих пор не могла оправиться после разговора с доктором Ховеллом и со страхом думала о том, что ей придется отвечать на его вопросы завтра… и послезавтра и послепослезавтра… Где найти силы на это? Она задрожала. Ответы где-то внутри нее, спрятанные в темных закоулках ее памяти; ей остается только молиться, чтобы поиск их не оказался разрушительным для нее. Глухой звук и прозвучавшее вслед за ним тихое ругательство заставили ее вздрогнуть. Она обернулась и вскрикнула, увидев на своем балконе мужчину, который, чертыхаясь, неловко поднимался с пола и в котором она немедленно признала отца. Он перегнулся через перила и крикнул вниз: «Чертов холуй!, а затем ввалился в ее комнату. Его налитые кровью глаза остановились на ней, и он замер, удивленно моргая, словно не ожидал увидеть ее здесь. Потом, издав резкий смешок, двинулся к ней.
— Ну и ну, вот так удача! Кассандра! А я как раз…
— Отец, — прошептала Касси, вся дрожа. — Зачем вы здесь?
— Да вот, пришел повидать тебя… моя малышка.
— Отец, прошу вас. — Она инстинктивно пятилась к двери. — Уходите. Если вы… хотите просить у меня денег, то у меня их нет.
Роберт остановился и посмотрел на нее, прищурившись.
— А почему это ты думаешь, что я пришел просить денег? — Касси не отвечала, и Роберт хрипло засмеялся. — А-а! Видно, твой супруг рассказал тебе про свой вчерашний визит. Я мог бы догадаться, что ты разболтаешь ему про то, что я приходил к тебе как-то раз. Да и про эти свои проклятые сны, — пробормотал он и вдруг застонал и замотал головой, словно отгоняя от себя жуткие видения. — Когда ты перестанешь мучить меня, Кассандра? Сколько можно издеваться надо мной?
— Отец, я не понимаю вас! — воскликнула Касси, пятясь к двери. — Разве я издеваюсь над вами? Ведь это вы ищете встречи со мной, вы мучаете меня! Почему вы сказали Брэдену, будто не знаете о моих кошмарах? Почему?
Но Роберт словно оглох.
— Ты ведь слышала наши разговоры? Слышала все, о чем мы говорили? Зачем ты постоянно напоминаешь мне про это? Я знаю, я виноват! Но я же никогда не думал, что все закончится так!
Бессильно уронив руки, он смотрел на Касси застывшим взглядом, словно видел перед собой привидение.
— Я же просил тебя, я умолял тебя забыть о нем! А ты? Ты бросила меня! И ради чего? Ради его титула? Да кто он такой, что он мог дать тебе? Зачем ты ушла от меня, зачем? Я же любил тебя! Будь ты проклята, Элина! — хрипел он, приближаясь к дочери с глазами, полными безумия и тоски. — Ты заплатишь мне за предательство!
Касси вскрикнула в ужасе, и в то же мгновение дверь в комнату с шумом распахнулась. Брэден ворвался в спальню и, бросившись к Роберту, схватил его за горло и отшвырнул к стене.
— Ах ты, сукин сын! — прорычал он. — Я же предупреждал тебя!
Роберт, пошатываясь, поднялся, потер шею.
— А-а, вот и наш щеголь, собственной персоной. Пришел заявить свои права на нее? Да только сможешь ли ты удержать ее около себя? Я вот не смог.
Брэден разъяренно схватил его за воротник и потащил к двери, выходившей на балкон.
Но демоны, обуревавшие Роберта, словно придали ему сил: отчаянно дернувшись, он размахнулся, и его кулак врезался Брэдену в живот.
— Брэден! Не надо… пожалуйста, не надо! — закричала Касси, бросаясь к мужу, чтобы удержать его от ответного удара.
Брэден не слышал ее мольбу. Вскочив, он кинулся к обидчику и, вытолкав его на балкон, прижал к стене.
Касси с ужасом смотрела, как муж и отец сцепились, обезумев от злобы. Но борьба была неравной. Рядом с высоким, мощным Брэденом Роберт казался маленьким и хилым, его пьяные удары не достигали цели, он беспомощно молотил воздух кулаками. Касси предчувствовала, чем все должно закончиться. Ее пронзительный крик прозвенел в воздухе в то же мгновение, когда кулак Брэдена врезался в челюсть Роберта и откинул его к перилам. Несколько мгновений тот пытался сохранить равновесие, затем с воплем сорвался.
Брэден бросился к перилам и посмотрел вниз, где посиневший от страха Хардинг извлекал из кустов Грея; тот пошатывался, но держался на ногах и, ошалев от испуга, даже не сопротивлялся, когда слуга схватил его за шиворот и потащил прочь от дома.
Кровь кипела в жилах Брэдена, сердце бешено колотилось в его груди; он стиснул кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не броситься вниз и раз и навсегда рассчитаться с негодяем. Только испуганное, жалобное всхлипывание за спиной заставило его обернуться и замереть от страха.
Касси, бледная как полотно, стояла сзади и, глядя на него расширившимися, остекленевшими от ужаса глазами, тихо плакала, жалобно подвывая. Брэден кинулся к ней, успокаивая взял ее за руку, но она как будто не видела его, не чувствовала прикосновения, не слышала его слов.
— Касси, с ним все в порядке, он не пострадал! Посмотри! Видишь? — лихорадочно повторял Брэден, указывая на удалявшуюся фигуру Роберта.
Но она оставалась неподвижна и только дрожала и вздрагивала всем телом.
— Касси! — Брэден схватил ее за плечи и встряхнул, отчаянно желая, чтобы она хоть что-то сказала ему. И тут же пожалел об этом, ибо слово, как выдох слетевшее с ее губ, заставило его похолодеть.