Замок грез (Замок мечты)
— Что у тебя было с ним? — Его крик перешел в непрекращающийся, исступленный вой. — Что? Говори!
— Ничего, отец. — Касси была смертельно перепугана. — Я даже не виделась с Брэденом.
— Врешь! — Прорычал Роберт и, схватив ее за плечи, отшвырнул к другой стенке. Касси не удержалась и упала на колени. Он медленно, угрожающе приблизился к ней и рывком поднял на ноги. — Ты думаешь, я слепой, я ничего не вижу? Ты думаешь, что будешь вечно водить меня за нос и тебе все будет сходить с рук? Да, Элина? — Он замахнулся и что есть силы ударил ее в лицо.
Касси закричала во весь голос, почувствовав кровь на губах:
— Я не Элина, отец! — Рыдания душили ее. — Я Кассандра. Мама давно…
— Шлюха! — Он схватил ее за волосы и несколько раз ударил головой о стену. Он не хотел видеть ее лицо. Сейчас оно было в ссадинах и кровоподтеках, но все равно до боли напоминало то лицо, что преследовало и рвало на части его душу. — Когда ты прекратишь изменять мне? Я что, вечно должен смотреть сквозь пальцы на твои похождения? — Он обхватил горло Касси огромной рукой. — Но теперь все, Элина. На этот раз тебе придется ответить. И это будет последний раз.
Паника, подобно желчи, поднялась в горле Касси. Она чувствовала, как твердеют пальцы Роберта на ее горле. Ей становится нечем дышать, а с дыханием уходит из нее и жизнь. Последним напряжением воли Касси резко дернула ногой, целясь коленом прямо в пах мужчины.
Роберт резко отпустил ее, и она услышала его первобытный вой, но не остановилась. Не обращая внимания на острую боль в боку и на дрожь, сотрясавшую все ее тело, она слетела по лестнице и выбежала во двор. Перси, до той поры скаливший зубы и рычавший на Роберта, сорвался вслед за хозяйкой.
Ночной ветер освежил ее мокрое лицо. Боль в боку усиливалась с каждым шагом, но Касси не могла, не должна была мешкать. Она бежала вдоль такого родного и знакомого берега, берега, который мог принести ей успокоение и утешение в ее смертельном отчаянии, но сейчас не могла задерживаться здесь. Рыдания сотрясали ее грудь, а сердце и тело словно умерли, скованные болью и испугом.
Но ум ее был ясен. Она знала, куда бежать.
Если я буду нужен вам, когда угодно, в любое время, я буду здесь с вами. Помните об этом. Она повторяла эти слова Брэдена не один раз; они стали ее любимым еженощным псалмом. Касси! Я вернусь. Обязательно вернусь.