Путешественники
— Даже если б хотели? — подсказал я.
Пряча глаза, девушки молчали.
— Ну разумеется. Это ведь интересно: посмотреть, как Никомастир плывет через озеро. Интересно и весело. Угадал? Ну конечно, угадал. О чем вы думали? Мэйфлай? Велимиль?
Никомастира уже нет, будто и не было никогда. Поверхность озера успокоилась; свет, и без того тусклый, словно подернулся плесенью.
Долгое время мы не могли пошевелиться. С трудом переводя дыхание, мы так и стояли на берегу озера, бледные и потрясенные.
Неоспоримая и окончательная смерть для любого из нас — опыт куда более уникальный, чем живое море Мегало Кастро или голубой рассвет Набомбы Зом. Тяжесть такого факта приковывает к месту.
Неужели Никомастир действительно происходил отсюда? А отец его действительно родился в этом старом, запущенном доме и плавал в смертоносном озере? Но если все неправда, откуда Никомастир знал заранее? Озеро-то оказалось на месте… Ответов на эти вопросы мы никогда не получим. Чего мы не успели узнать о Никомастире, не узнаем уже никогда. Вот оно, истинное значение смерти: полный и непоправимый обрыв линий связи. Опускается железный занавес, и конец. Мы пришли на Сидри Акрак вовсе не для того, чтобы об этом узнать, но урок свой получили именно здесь. Отсюда мы понесем его дальше, осмысливая и переживая вновь.
— Пошли, — сказал я негромко. — Ни к чему оставаться…
Никомастир был безрассуден. Никомастир был храбр. Вот и все. Ему непременно надо было поплавать, и теперь он мертв. Но почему? Чего ради? Что искал он на этой скверной планете? А мы? Мы смотрим в лицо тому, что нашли, но не знаем, чего искали. И узнаем ли?
Никомастиру досталась единственная жизнь, и он потерял ее в погоне за пустыми удовольствиями. Урок для меня, Велимиль и Мэйфлай. Осталось усвоить этот урок; надеюсь, когда-нибудь получится.
Что ж, прожив несколько сотен лет, я знаю, что вселенная весьма велика, а мы совсем незначительны. Живем, как боги, порхая с планеты на планету, но все-таки не боги. Мы умираем: рано или поздно, но умираем. Вечно живут только настоящие боги. Никомастир вовсе почти что и не жил.
Смерть Никомастира научила нас тому, чему научила, и надо идти дальше. Мы — странники по природе и предназначению, и нам по жизни полагается идти. Завтра мы покидаем Сидри Акрак, и вперед — вперед на Марахо. Сверкающие пески, Город Семи Пирамид. Марахо преподаст нам свой урок, как преподали его Ксамур, Набомба Зом и Галгала. Ну, и Сидри Акрак. Каждый раз понемногу.