Золотая любовь

— Может быть. Очень мило с твоей стороны успокаивать меня, но я не хочу, чтобы это что-то значило.
— Он сделал тебе очень больно?
Мейбл лишь кивнула. Как хорошо, что рядом с ней Стенли! Стенли, который хорошо ее знает, Стенли, который всегда умел ее утешить. Пусть между ними больше нет и никогда не будет любви, разве это главное в отношениях двух людей? Он нашел Дженни, и у них все хорошо. Мейбл готова была многое отдать, чтобы и у нее с Крисом все было так же хорошо.
Наконец-то у нее на глазах появились слезы, и она расплакалась — впервые со вчерашнего вечера. Стенли ошеломленно посмотрел на нее и тут же остановил машину, чтобы дать Мейбл возможность выплакаться у него на плече.
Через двадцать минут она подняла голову и сквозь слезы улыбнулась Стенли. В ее улыбке он видел благодарность.
— Как хорошо, что ты оказался рядом! — сказала Мейбл. — Был бы кто-то другой, не знаю, что бы я делала…
— Ты в порядке? — спросил Стенли.
Мейбл кивнула.
— Только очень хочу оказаться дома.
— Поехали.
Стенли быстро довез Мейбл до дома.
— Может быть, мне стоит подняться к тебе? — спросил он.
Мейбл покачала головой.
— Нет. Я хочу побыть одна. Да и что подумает Дженни?
— Она доверяет мне. Даже не столько мне, сколько тебе.
— Как жаль, что все так получилось, — тихо сказала Мейбл.
— Но ведь мы можем еще все исправить! — уверенно сказал Стенли и вопросительно посмотрел на нее.
Мейбл пожала плечами.
— Не думай, что это невозможно! Просто постарайся понять нас. Прошу тебя, Мейбл, прости нас. Я так хочу, чтобы наш ребенок знал: его родителям нечего стыдиться!
— Спасибо тебе за все, Стенли. Ты много сделал для меня сегодня, — вновь поблагодарила Мейбл. — Я приду к вам на свадьбу.
— Спасибо тебе! — воскликнул он. — Может, приедешь к нам на выходные? Дженни будет рада, да и тебе нужно развеяться. А что насчет крестин?
Мейбл покачала головой.
— Это такая ответственность, Стенли! Я еще не знаю, смогу ли взять ее на себя.
— Ну об этом еще некоторое время можно не думать, все же ребенок родится только в феврале. — Стенли попытался заставить Мейбл улыбнуться, но увидел лишь тень прежней улыбки.
— На каком она сроке? — спросила Мейбл.
— Почти шесть месяцев.
— Так ей же скоро рожать! Какая свадьба?!
— Мы хотели, чтобы ребенок родился в браке. Мне все равно, как выглядит Дженни. Для меня она самая прекрасная женщина на свете. Так ты приедешь?
— Там будет видно. Мы еще созвонимся, Стенли.
Она печально улыбнулась и вышла из машины. Стенли пару раз мигнул ей фарами, а Мейбл помахала ему рукой на прощание.
Может быть, стоит к ним съездить? — подумала Мейбл, открывая ключом дверь подъезда. Судя по всему, Дженни будет меня ждать и расстроится, если я не приеду. Как-то нехорошо расстраивать беременную женщину! Но я подумаю об этом в конце следующей недели. Сейчас я просто не могу! При одной мысли о том, что мне завтра отправляться на работу, хочется завыть.
Мейбл с трудом поднялась по лестнице, какая-то странная слабость овладела ею. Нервное напряжение последних дней дало о себе знать, и она еле переставляла ноги. Как только Мейбл вошла в квартиру, она сразу же, не раздеваясь, упала на кровать и закрыла глаза.
Я ведь уже где-то видела серый «форд», что стоит у подъезда, подумала она, но веки отяжелели и так хотелось спрятаться под одеялом ото всех бед… Мейбл слишком устала, чтобы думать о каком-то сером «форде». Почти на грани сна и бодрствования ей вновь вспомнилось лицо Криса, искаженное гневом, когда он увидел ее со Стенли. И Мейбл улыбнулась, сама не понимая почему.
Много позже ее разбудил какой-то странный запах, но почти сразу же глаза Мейбл смежились, и она упала на подушку. И на этот раз снов она не видела.
  
11
 
Мейбл проснулась от того, что голова буквально раскалывалась от боли. Она захотела поднести руки к вискам, чтобы помассировать их, но почему-то не смогла этого сделать. Тогда Мейбл попыталась открыть глаза, и, для того чтобы осуществить это простое действие, ей пришлось приложить титанические усилия.
Она осмотрелась и поняла, почему не может пошевелить рукой: она сидела на стуле, а ее кисти были связаны за спиной. Удивленно поморгав, она благодаря свету тусклой лампочки наконец-то смогла разглядеть помещение, где находилась.
Это был какой-то подвал: ни одного окна, серые, замшелые камни, нетесаные стропила, поддерживающие потолок… Мейбл вздрогнула и попыталась закричать, но в горле пересохло, и она не смогла выдавить из себя ни звука.
— Пришла в себя? — услышала она над ухом хриплый, прокуренный голос.
Мейбл постаралась вывернуться и краем глаза увидела, что за ней стоит какой-то странный субъект. Просто гора мышц, татуировки по всему телу… Он вздрогнула и поспешила отодвинуться от него, но только чуть не перевернула стул, к которому была привязана.
— Сейчас позову старшего, — бросил ей охранник (Мейбл сразу же поняла, что этот детина поставлен здесь, чтобы охранять ее) и вышел из подвала.
Мейбл затравленно осмотрелась вокруг и с ужасом поняла, что впервые в жизни попала в по-настоящему безвыходную ситуацию. Она даже не могла кричать! Хотя, судя по массивным камням, из которых были сложены стены, и потекам на них, она была глубоко под землей, так что ее криков все равно никто не услышал бы…
Что же такое происходит? — недоумевала Мейбл. Зачем меня похитили? Выкуп? Глупо, у меня и родителей есть сбережения, но даже в сумме этого слишком мало, чтобы нарушать закон. Почему меня заперли здесь?
— Вы, наверное, мучаетесь неизвестностью? — вдруг раздался над ее ухом приятный мужской голос.
Мейбл вздрогнула и поспешила повернуться, чтобы встретить опасность лицом к лицу, а в том, что этот мужчина опасен, она не сомневалась ни минуты. Достаточно было слышать бархатные нотки в его голосе. Такие могли бы быть у тигра, собирающегося как следует помучить свою жертву, прежде чем растерзать ее.
— Кто вы? — выдавила из себя Мейбл.
— Странно, — проронил мужчина. — Я-то думал, вы в первую очередь спросите меня, зачем вас держат здесь… Или вы уже все поняли, мисс Брукс?
— Кто вы?! — повторила Мейбл, чувствуя, как ею овладевает паника.
— Можете называть меня мистер Уайт, если уж вам так необходимо мое имя. А теперь, мисс Брукс, мне бы хотелось побеседовать с вами. Точнее вам предстоит ответить на несколько моих вопросов. Если будете хорошей девочкой, мы не сделаем вам больно.
— Я не буду отвечать ни на какие вопросы! — заявила Мейбл и вздернула подбородок, хотя внутри у нее все, казалось, покрылось тонкой корочкой льда.
— Придется, мисс Брукс. Вы же не хотите испортить ужасными шрамами это милое личико?
Мистер Уайт взял двумя пальцами ее подбородок, и Мейбл вдруг вспомнила, как Крис делал то же самое. Но прикосновения Криса были ласковыми и обещали блаженство, а пальцы этого Уайта обещали только боль.
— Что вам нужно от меня? — хрипло спросила Мейбл.
— На кого вы работаете, мисс Брукс?
— Дайте воды, и я вам отвечу, — спокойно сказала Мейбл. Она понимала, что сейчас так нужна мистеру Уайту, что вряд ли он будет пытать ее жаждой.
Он сделал знак кому-то за спиной Мейбл, и у ее губ оказалась чашка с затхлой водой. Но Мейбл показалось, что она еще никогда не пила ничего вкуснее.
— Еще! — потребовала она, опустошив чашку. — И развяжите мне руки!
Мистер Уайт рассмеялся очень неприятным смехом.
— Правильно говорят: дай женщине палец — и она откусит всю руку! Нет уж, моя очаровательная мисс Брукс! Я и воды вам дал только потому, что вы не могли толком говорить. Но сейчас, когда ваш голос окреп, мы с вами побеседуем как следует.
Мейбл вздрогнула. Уайт угрожал ей и даже не пытался это замаскировать.
А зачем? — мрачно подумала Мейбл. Я в его власти.
— Итак, — тем временем продолжил мистер Уайт, — на кого вы работаете?