Конец игры

Серрийк стоял возле драконьего трупа, прислушиваясь к страданиям своего тела. Его скорпионий хвост бессильно повис. Он чувствовал сломанные ребра и горячую кровь во рту - последствия удара Аркен; раны, нанесенные Рогнотом, раздирали его шкуру. Никогда раньше он не был так близок к поражению. 
Когда он увидел воинов, марширующих из ледяной крепости, то почувствовал, как его ярость поднимается до своей высшей отметки. 
И тут что-то внезапно оборвалось в его сознании, освободив его мысли от гнетущего присутствия Дэвида, словно тот ослабил свое влияние, перенеся его на другой объект. 
- Я хочу Камни сейчас! - сказал он про себя и взревел так, что его голос раскатами грома пронесся над полем битвы. - Корукс! 
Вожак слаков выехал из гущи сражения на паровом автомобиле. На заднем сиденье лежал связанный профессор Верн, тщетно пытавшийся высвободиться. Корукс обожал издеваться над пленниками и все время пытался испугать его еще сильнее, но Серрийку было не до того. 
- Приготовить пушку, - приказал мантикор. - Я хочу немедленно сравнять с землей стены этой крепости. Делраэль там. Эти... - Он взглянул на продолжавших наступление древних Волшебников. Смешанная с кровью слюна свесилась из углов его черных губ. - Это просто какие-то диверсанты. 
Серрийк повернул свою квадратную голову, оглядывая поле брани и удостоверяясь в том, сколько полегло солдат-монстров. Его злило, что слаки оказались такими жалкими воинами. 
За время похода Делраэль не раз наносил ему болезненные удары. Когда-то войско Серрийка превышало числом человеческое раз в пять, но теперь, казалось, их силы сравнялись. 
- Быстрее! - рявкнул он на Корукса. 
Вожак слаков выпрыгнул из парового автомобиля и подбежал к черной пушке. В тех местах, где гоблины успели начистить ее с утра, гладкий ствол сиял чистотой. Но они не успели довести работу до конца, прервавшись, когда появилась Аркен. 
Древние Волшебники не переставали отчаянно сражаться, а монстры реветь и визжать. Корукс и несколько его помощников нацелили пушку на толстые ледяные стены крепости. 
Серрийк выпрямился. Через мгновение крепость превратится в груду осколков. Он с триумфом пройдет по тому месту, где она стояла, и выхватит Камни из мертвых пальцев Делраэля. 
Внутри парового автомобиля профессор Верн извивался, стараясь принять сидячее положение и подпереть спину локтями. Он кашлянул. Его глаза расширились и налились кровью, он выглядел совершенно изможденным, как персонаж, чья игра подходит к концу. 
Слаки зарядили пушку, засыпав в нее один из последних котелков огненного порошка, и закатили в ее дуло огромное ядро. 
- Стойте! - крикнул Верн. Его голос срывался от отчаяния. Пожалуйста, погодите. Я знаю, как сделать это получше. 
Мантикор повернулся к нему: 
- Я и так был вполне удовлетворен прошлым испытанием твоей пушки. 
- Вы не понимаете, - прохрипел Верн, тщетно стараясь говорить громче. - Вы же видели, какую лавину вы вызвали в прошлый раз. Зачем вы хотите уничтожить всю крепость? Пожалуйста, дайте мне все так устроить, чтобы удар оказался менее разрушительным. Я просто пробью стены, так что вы без труда войдете внутрь. 
- Он нас за дураков держит, - сказал Корукс Серрийку. Слаки закончили целиться и закрыли затвор. Они подперли большими камнями колеса, чтобы предотвратить слишком сильную отдачу. 
- Вы и так получите все, что вам нужно. Нет никакой необходимости хоронить под обломками целую армию. 
- С какой стати я должен об этом думать? - возразил Серрийк. 
Изможденное лицо Верна стало жестким, и он выпалил: 
- Сколько времени уйдет на копание в грудах обломков и мертвых тел в поисках нескольких крохотных камушков? 
- Ладно, давай, - сказал Серрийк. - Только скорее. 
Возможность длительной возни с обломками не приходила ему в голову. Куда приятнее будет захватить в плен Делраэля и его воинов. Это много лучше, чем просто смести крепость с лица земли. 
Серрийк выдернул профессора из парового автомобиля и когтями перерезал веревки на щиколотках и запястьях Верна. Профессор закричал, когда веревки упали, и мантикор подумал, что у того, видимо, вывихнуто запястье, но потом решил, что это не так уж важно. 
Верн сделал шаг по направлению к пушке. У него был такой вид, что он вот-вот разразится рыданиями. Он немного поправил затвор орудия, после чего направился к бронзовым поддерживающим стойкам, о которых Серрийк всегда думал как о совершенно бесполезных деталях. Казалось, Верн хорошо знает, что делает. 
Корукс стоял возле Верна. Профессор повернулся к вожаку слаков и усмехнулся: 
- Как я устал от постоянного запугивания, ящерица. Но мне больше нечего бояться, так что ты зря тратишь силы. 
Корукс зашипел на него, но Верн, не обращая внимания, заканчивал свою возню с пушкой. Затем он посмотрел на Серрийка: 
- Готово. Можно стрелять - и пусть все ваши усилия будут прокляты. 
Серрийк отшвырнул Верна к паровому автомобилю, после чего занял свое законное место за пушкой. 
- Корукс, тащи фитиль! Держать армию наготове, чтобы прорваться в крепость, едва я пробью стены. 
Корукс взвыл, передавая приказ всем монстрам. Один из слаков протянул Серрийку горящий фитиль. 
Мантикор, держа фитиль в огромной лапе, шагнул к пушке. 
*** 
Стоя на коленях и скрючившись, Верн смотрел на плоды своего труда. Профессор так долго жил в постоянном страхе, что все его чувства словно стерлись и он находился в состоянии полной апатии. Слезы, казалось, навеки замерзли у его глаз. 
Запал зашипел. Слаки попятились назад, зажимая уши. 
Пушка взорвалась. 
Казенную часть ствола разорвало фонтаном огня и шрапнели. Стальной цилиндр разлетелся на куски. 
Верн откатился за паровой автомобиль, стараясь спастись от осколков. Когда дым и пламя рассеялись, он увидел покореженные останки пушки. Позади пушки, отброшенная взрывной волной футов на пять, лежала груда рваного кровавого мяса, некогда бывшая Серрийком. Его морда и верхняя часть туловища были размазаны по земле. Шея была сворочена назад, а хребет раздроблен. Звук, похожий на шипение прохудившегося ситналтанского насоса, исходил из страшных дыр в легких мантикора. Выпустив легкий сноп искр, как от слабого электрического разряда, смертоносный скорпионии хвост дернулся и замер.