Ставка на мертвого жокея
- Это уж точно, - сказал Барбер. - А что еще мне предстоит делать?
- Больше ничего, - несколько опешив, ответил Смит. - Вас по-прежнему это интересует?
- Продолжайте, - сказал Барбер.
- Мой приятель недавно приобрел новехонький одномоторный самолет. Одномоторный "бичкрафт". Замечательная, приятная, комфортабельная машинка, надежная на все сто. - Смит с удовольствием описывал эту замечательную машинку, новую с иголочки и такую надежную. - Сам он, конечно, не летает. Ему нужен личный пилот, который был бы всегда под рукой.
- На какой срок? - спросил Барбер, пристально наблюдая за Смитом.
- На тридцать дней, не более, - улыбнулся ему Смит. - И плата неплохая, правда?
- Мне пока еще трудно судить, - ответил Барбер. - Продолжайте. Куда он хочет лететь?
- Он, видите ли, египтянин, - чуть пренебрежительно сказал Смит, словно эта национальная принадлежность - личное невезение человека, о котором упоминают лишь в кругу друзей, да и то шепотом. - Богатый египтянин, любитель путешествовать. В особенности наезжать во Францию. На юг Франции. Он просто обожает юг Франции и бывает там всегда, когда представляется случай.
- Ну и?
- В будущем месяце он хотел бы совершить два полета из Египта в окрестности Канн и обратно, - сказал Смит, не спуская глаз с Барбера, - на своем личном новом самолете. Затем, при третьем полете, вдруг окажется, что он торопится и поэтому полетит рейсовым самолетом, а его личный пилот полетит вслед за ним два дня спустя, один.
- Один? - спросил Барбер, стараясь уяснить себе последовательность фактов.
- Да, один, - сказал Смит. - Но с ним полетит еще маленький ящик.
- Ага, - ухмыльнулся Барбер. - Значит, еще и маленький ящик.
- Еще и маленький ящик, - с явным удовольствием улыбнулся ему Смит, все рассчитано, ящичек весом в двести пятьдесят фунтов. Достаточная степень надежности для самолета такого типа при полете в оба конца.
- А что будет в этом ящичке весом в двести пятьдесят фунтов? - спросил Барбер спокойно и с облегчением, поскольку уже понял, что ему предлагают.
- Вам это знать необходимо?
- А что я скажу таможенникам, когда они об этом спросят? - ответил Барбер вопросом. - Пойдите и спросите Берта Смита?
- Вам не придется иметь дела с таможенниками, - ответил Смит, - уверяю вас. Когда вы вылетите из Каира, ящика на борту не будет. И когда вы приземлитесь в Каннах, ящика на борту тоже не будет. Разве не ясно?
Барбер сделал последнюю затяжку и погасил сигарету. Он внимательно вглядывался в Смита, который удобно сидел на стуле с прямой спинкой в неубранной комнате и выглядел слишком ухоженным и хорошо одетым в таком месте и в такой час.
"Наркотики", - подумал Барбер, почти ощутив их присутствие.
- Нет, Берти-бой, не ясно, - резко сказал Барбер, - давай выкладывай все до конца!
Смит вздохнул.
- У вас пока еще не пропал интерес?
- Пока еще не пропал, - ответил Барбер.
- Хорошо, - голосом, полным раскаяния, сказал Смит. - Вот как все произойдет. Вам нужно будет примелькаться. Вы несколько раз взлетите и сядете в каирском аэропорту. Ваши бумаги всегда будут в полном порядке. Они вас запомнят. Ваше появление на летном поле станет делом обычным. И когда вы полетите уже один, все произойдет так же, как обычно. У вас будет с собой только небольшая сумка с личными вещами. На вашей летной карте будет отмечено, что пунктом назначения являются Канны и что вы сделаете промежуточные посадки на Мальте и в Риме только для заправки. Вы взлетите с каирского аэродрома. Затем отклонитесь от курса всего на несколько миль. Чуть в сторону от побережья - и вы полетите над пустыней. Вы сядете на старой взлетной полосе английских ВВС, которой не пользовались с 1943 года. Там вас встретят несколько человек... Вы слушаете?
- Слушаю, - ответил Барбер. Он отошел к окну и стоял, глядя вниз на улицу, освещенную солнцем, спиной к Смиту.
- Они погрузят ящик в самолет. Все это займет не более десяти минут, продолжал Смит. - На Мальте вас никто ни о чем не спросит, вы не покинете самолет и пробудете там ровно столько, сколько надо для заправки. То же самое в Риме. Вы прибудете на южный берег Франции вечером, до восхода луны. И тут еще раз, - Смит говорил, как бы смакуя слова, - чуть отклонитесь от курса. На небольшой высоте перелетите холмы между Каннами и Грассом. В условленном месте увидите огни, расположенные в определенном порядке. Вы снизитесь еще, откроете дверь и с высоты ста футов выбросите ящик. Потом закроете дверь, повернете в сторону моря и сядете в Каннах. Никаких отклонений от намеченного маршрута. Вам не придется ничего предъявлять на таможне для досмотра. Вы покинете самолет раз и навсегда, и за это мы заплатим вам двадцать пять тысяч долларов, как я вам уже говорил. Чудненько, правда?
- Чудненько, - ответил Барбер. - Старый планчик, лучше не придумаешь. Он отвернулся от окна. - А теперь скажи, что же будет в этом ящике?
Смит закудахтал так, словно его распирало от веселья и он должен был поделиться им.
- Деньги, - сказал он. - Всего лишь деньги.
- Сколько?
- Весом в двести пятьдесят фунтов. - От удовольствия у глаз Смита образовались морщинки. - Пачки английских банкнот, плотно упакованные в легком, но прочном металлическом ящике. Пятифунтовые купюры.
В этот момент Барбер подумал, что говорит с психом. Но перед ним сидел Смит, пышущий здоровьем и деловой, непохожий на человека, который хоть раз в жизни усомнился в своем рассудке.
- Когда мне заплатят? - спросил Барбер.
- После доставки ящика, - ответил Смит.
- Послушай, Берти... - Барбер несогласно покачал головой. Смит закудахтал.
- Я предупреждал себя, что имею дело не с дураком, - сказал он. Ладно. Мы переведем двенадцать тысяч пятьсот долларов на ваше имя в швейцарский банк еще до первого полета в Египет.
- Ты мне так доверяешь?
Улыбка сползла с лица Смита.
- Да, мы вам так доверяем. - Тут улыбка появилась снова. - А сразу после доставки груза переведем остаток. Превосходная сделка. Твердая валюта. Никакого подоходного налога. Вы станете богатым. Полубогатым. - Он захихикал собственной шутке. - Всего небольшой полет на самолете. Чтобы помочь египтянину, который обожает юг Франции и не без основания озабочен неустойчивой ситуацией у себя на родине.