Все ради любви

Энджи замерла как вкопанная, а сердце забилось болезненными ударами. Если бы в этом был какой-то смысл, она бы подняла голову к небесам и спросила у Господа: «Почему?»
Почему одни женщины беременеют легко, рожают кучу детей, а другие…
Она швырнула на ближайшую полку упаковку со снотворным и вышла из магазина. Она снова попала под дождь, и вода, падавшая сверху, опять смешивалась с ее слезами.
Сев в машину, она стала сосредоточенно наблюдать за входом. Вскоре семейство вышло из магазина. Они загрузились в видавший виды автомобиль и поехали прочь. Ни один ребенок не пристегнулся ремнем безопасности.
Энджи зажмурилась. Она знала: нужно еще немного посидеть и все пройдет. Печаль — как туча: рано или поздно, если быть терпеливым, она уйдет. Сейчас ее главная задача продолжать дышать…
Что-то стукнуло по лобовому стеклу.
Энджи открыла глаза.
Под дворником лежала листовка. На ней было написано: «Ищу работу. Стабильна. Исполнительна».
Дальше Энджи прочитать не успела, так как дождь размыл чернила. Она перегнулась через пассажирское сиденье и открыла окно. Рыжеволосая девочка в изношенной куртке и потертых джинсах раскладывала листовки. Она упрямо перемещалась от машины к машине, не обращая внимания на дождь.
Энджи не раздумывала. Выскочив из машины, она крикнула:
— Эй, девочка!
Девочка посмотрела в ее сторону.
Энджи подбежала к ней.
— Я могу тебе помочь?
— Нет. — Девочка уже собралась идти дальше.
Энджи сунула руку в карман своей куртки и достала деньги.
— Вот, — сказала она, вкладывая купюры в холодную мокрую руку девочки.
— Я не могу их взять, — прошептала та, мотая головой.
— Пожалуйста, ради меня, — взмолилась Энджи.
Они довольно долго смотрели друг другу в глаза. Наконец девочка кивнула. Ее глаза были полны слез.
— Спасибо, — произнесла она едва слышно и побежала прочь.
Лорен медленно поднялась по ступеням на освещенное лунным светом крыльцо и вошла в дом. Она чувствовала себя так, словно при каждом шаге некая неведомая сила сжимает ее, и, когда она поравнялась с дверью миссис Мок, ей вдруг показалось, что она очень сильно уменьшилась. Ее совершенно вымотало постоянное ощущение собственной уязвимости и одиночества. Она остановилась и опустила взгляд на мятые купюры в руке. Сто двадцать пять долларов.
«Ради меня», — сказала та женщина на парковке, как будто это она нуждалась в помощи.
Может, и так. Лорен научилась распознавать сострадание, когда оно было искренним. Сначала ей хотелось решительно отказаться от денег и сказать: «Вы неправильно меня поняли». Но она взяла деньги и побежала домой.
Лорен вытерла слезы и постучалась.
Миссис Мок сразу открыла дверь. Когда она увидела Лорен, ее улыбка сразу угасла.
— Ты промокла до нитки.
— Ничего страшного, — проговорила Лорен. — Вот, возьмите.
Миссис Мок пересчитала деньги. После короткой паузы она сказала:
— Я возьму только сотню, ладно? А ты пойди и купи себе хорошей еды.
Лорен едва не расплакалась. Пока из ее глаз ручьем не потекли слезы, она поспешно отвернулась к побежала вверх по лестнице.
Зайдя в квартиру, она окликнула мать. Ответом ей была гробовая тишина.
Она со вздохом бросила рюкзак на диван и подошла к холодильнику. Там не было ничего, кроме недоеденного сэндвича. Лорен потянулась за ним, и в этот момент в дверь постучали.
Лорен пошла открывать.
На пороге стоял Дэвид, держа в руках большую картонную коробку.
— Привет, Трикс, — сказал он.
— Что…
— Я звонил в аптеку. Там сказали, что ты у них больше не работаешь.
— Ох! — Лорен прикусила губу, к горлу подступил комок. Нежность в его голосе и понимающий взгляд — такое ей было уже не вынести.
— Я обчистил домашний холодильник. Вчера мама устраивала прием, и осталась куча всяких вкусностей. — Он сунул руку в коробку и достал видеокассету. — А еще я прихватил фильмы о Спиди-Гонщике.
Лорен невольно улыбнулась.
— Там есть тот фильм, в котором Трикси спасает его задницу?
Дэвид внимательно посмотрел на нее. И в этом взгляде она увидела все: любовь, понимание, заботу.
— Само собой!
— Спасибо. — Это было единственное, что Лорен смогла произнести.
— Между прочим, зря ты мне не позвонила, когда потеряла работу.
Он не знает, каково это — потерять то, в чем ты крайне нуждаешься. Но он прав, она зря не позвонила ему. Дэвид — надежный друг, несмотря на то что ему всего семнадцать и иногда он ведет себя как самый настоящий ребенок. Когда он рядом, ее будущее — их будущее — кажется ей чистым и сияющим, как жемчужина.
— Ты прав, зря я тебе не позвонила.
— Давай есть и смотреть кино. Мне нужно быть дома к полуночи.
  
5
 
Мистер Ландберг бубнил себе под нос, перескакивал с одной социальной проблемы современности на другую, как ребенок, гоняющийся за мыльными пузырями.
Лорен пыталась слушать его, она старалась изо всех сил. Но она была слишком вымотана.
— Лорен! Лорен!
Она захлопала глазами, слишком поздно сообразив, что заснула.
Мистер Ландберг сверлил ее взглядом. Вид у него был сердитый.
Лорен почувствовала, как у нее запылали щеки. Это беда всех рыжеволосых. Бледная кожа быстро краснеет.
— Да, мистер Ландберг?
— Я спросил, какую позицию ты занимаешь по вопросу смертной казни.
— Спящую! — крикнул кто-то. Все засмеялись.
Лорен еле сдержала смешок.
— Я против смертной казни. Во всяком случае, когда нет твердой уверенности в том, что наказание справедливо и соответствует содеянному преступлению. Нет, подождите. Я в любом случае против смертной казни. Государство не должно убивать людей, чтобы убедить общество в том, что убивать плохо.
Мистер Ландберг кивнул и вернулся к телевизору, который он установил в центре класса.
— В последние недели мы обсуждали правосудие — или его недостаток — в Америке. А ведь иногда мы забываем о том, как нам повезло, что мы в нашей стране вообще можем вести такие дискуссии. В других странах дела обстоят совершенно иначе. В Сьерра-Леоне, например…
Он вставил кассету в видеомагнитофон и нажал кнопку «пуск».
Они успели посмотреть документальный фильм только до половины, когда прозвенел звонок. Лорен собрала учебники и тетради и вышла из класса. Коридоры школы уже успели наполниться шумом: смехом, музыкой из портативных плееров. Все это возвещало о конце учебного дня.
Она шла через толпу и от усталости никак не реагировала на оклики друзей, лишь вяло взмахивала рукой им в ответ.
Дэвид догнал ее и ухватил за рукав. Она повернулась и прижалась к нему, глядя в его глаза. Царившая вокруг суета сразу будто отдалилась, отодвинулась за волшебную дымку воспоминаний о вчерашнем вечере. Она улыбнулась. Вчера Дэвид спас ее, тут двух мнений быть не могло.
— Сегодня мои предки укатывают в Нью-Йорк, — прошептал он. — Их не будет дома до субботы.
— Серьезно?
— Футбол заканчивается в полшестого. Заехать за тобой?
— Нет. После школы мне нужно искать работу.
— А, ясно. — В его голосе явственно звучало разочарование.
Лорен приподнялась на цыпочки и поцеловала его, с удовольствием вдыхая фруктовый аромат выпитого им напитка.
— Я могла бы быть у тебя в семь.
Он улыбнулся:
— Отлично. Тебя подвезти?
— Нет. Сама доберусь. Что-нибудь прихватить с собой?
Дэвид хмыкнул:
— Мама оставила мне две сотни баксов. Мы закажем пиццу.
Две сотни долларов! Это столько, сколько они с мамой все еще должны за квартиру. А Дэвид может потратить их на пиццу.
К поискам работы Лорен подготовилась заранее. Она сходила в библиотеку и распечатала в пятнадцати экземплярах свое резюме и рекомендательное письмо.
Она уже выходила из дома, когда в квартиру влетела мать, с такой силой толкнув входную дверь, что она громко стукнула о стену. Мать подбежала к дивану и принялась сбрасывать на пол подушки, явно пытаясь что-то отыскать. Однако того, что она искала, там не оказалось. Она подняла голову и устремила на дочь безумный взгляд.