т.1 Стихотворения и песни

Часть 30 из 96 Информация о книге
  ВСЁ НАВСТРЕЧУ ОБЛАКА
   Я сижу, ох, хорошо я сижу!
 Не ворочаюсь, лишь глазом вожу.
 Глянешь влево — все собачья мура,
 А направо — все тундра да тундра.
 Закурю я сигаретку «Трезор»,
 Погляжу я на капот-горизонт.
 Не встречается любовь мне пока…
 Всё навстречу облака, облака.
 
  Мне в отряде говорят кореша:
 — Ты, Аркадий, просто парень-душа.
 Ты пилот, — мне говорят, — золотой
 И вообще ты молоток холостой.
 Ну а я на топчане все лежу,
 Все мужей к законным женам вожу.
 Не встречается жена мне пока…
 Всё навстречу облака, облака.
 
  Я за столик преотлично сажусь,
 Будто я на ВПП захожу:
 — Я гражданку вроде видел в кино?
 Познакомимся! Пилот Иванов.
 Да не суйся ты червонцем, не гадь!
 Вот полярные — так это ж деньга!
 Дайте девочке моей коньяка.
 Всё навстречу облака, облака…
 
 1967
 
  КАПИТАН ВВС ДОНЦОВ
   А наземный пост с хрипотцой донес,
 Что у «тридцать второй» машины при взлете
 С левым шасси какой-то вопрос
 И оно бесполезно висит в полете.
 
  А человек, сидящий верхом на турбине,
 Капитан ВВС Донцов,
 Он — памятник ныне, он — память отныне
 И орден, в конце концов!
 
  И ночных полетов руководитель
 Стал кричать в синеву:
 — Войдите в вираж! В пике войдите!
 Но помнить: внизу живут!
 
  А «тридцать второй» кричит:
 «На брюхо Сажусь, и делу хана!
 А пенсию — официантке Валюхе,
 Она мне вроде жена…»
 
  И красные строчки — посадочный знак,
 И красный удар — в бетон!
 Прекрасные ветры в открытый колпак,
 И кто-то целует потом…
 
  А человек, сидевший верхом на турбине,
 Капитан ВВС Донцов,
 Майор он отныне, инструктор отныне,
 Женат он, в конце концов!
 
 1967
 
  «А зима будет большая…»
   А зима будет большая…
 Вот, гляди-ка, за рекой
 Осень тихо умирает,
 Машет желтою рукой.
 
  Плачут мокрые осины,
 Плачет дедушка Арбат,
 Плачет синяя Россия,
 Превратившись в листопад.
 
  И, сугробы сокрушая,
 Солнце брызнет по весне…
 А зима будет большая —
 Только сумерки да снег.
 
 1967
 
  «По переулку в синяках…»
   По переулку в синяках
 Ночная тьма, ночная тьма.
 Сидит в портовых кабаках
 Ночная долгая зима.
 
  И каблуками в шар земной,
 И кулаками по столу…
 Чужое горе за спиной,
 Щека, прижатая к стеклу.
 
  И длинный вечер без любви,
 И странный город без огней,
 И протекает ночь в крови,
 Асфальт белеет при луне.
 
  И как же быть, и как же быть?
 В какие верить чудеса?
 Колеса крутятся судьбы,
 Кричат с пластинок голоса.
 
  Ты только тихо мне шепни
 Свои безумные слова,
 Ты только молча намекни,
 Что ты жива, что ты жива.
 
 1967
 
  «Саянская ГЭС: затяжные дожди…»
   Саянская ГЭС: затяжные дожди
 И лес — то седой, то рыжий.
 Саянская ГЭС, ты ко мне приходи —
 Закрою глаза и увижу.
 
  Вот это навек, так сказать, навсегда
 Зеленой тайгой по сердцу:
 Как пахнет река, как стучат в неводах
 Луны золотые серпы.
 
  И падают дни, как листы сентября,
 И ночи длинны, как горы,
 И смотрит на нас ледяная заря,
 А нам разогреть бы моторы.
 
  И вроде бы я навидался чудес,
 Скитаясь всю жизнь по свету,
 Но в сны мне стучит та Саянская ГЭС,
 Которой еще и нету.
 
  Все так же течет ледяная река,
 И снегом полны овраги.
 Саянская ГЭС только в наших руках
 И только чуть-чуть на бумаге.
 
 1968
 
  «Корабли расстаются, как женщины…»
   Корабли расстаются, как женщины:
 Всё судачат, всё хрипло кричат.
 Кораблям где-то встречи обещаны,
 И рюкзак брошен в угол с плеча.
 
  А за окнами Арктика, бесконечные льды,
 Черно-белая графика невеселой воды.
 Только где-то на севере, далеко-далеко,
 Будто солнце просеяли решета облаков.
 
  Ты стоишь, словно белая истина.
 Ты молчишь, как великая скорбь.
 Подожди, дай разлуку мне выстрадать:
 Путь до встречи не легок, не скор.
 
  Ну прощай! Небо хмурится к вечеру,
 И гудки надо льдами скулят.
 Ну прощай! Здесь и сравнивать нечего:
 Мы и есть — эти два корабля.
 
  А за окнами Арктика, бесконечные льды,
 Черно-белая графика невеселой воды.
 Только где-то на Севере, далеко-далеко,
 Будто солнце просеяли решета облаков.
 
 Август 1968 Дизель-электроход «Обь» Арктика
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница