Океан, полный шаров для боулинга

Позже, когда доктор и мои родители собрались наверху в комнате Кеннета, Холден и я ждали на веранде. Тут же по каким-то причинам слонялся Гвир, молодой актер. Наконец он тихо сказал мне:
— Я, наверно, пойду.
— Хорошо, — сказал я неопределенно. Я не хотел, чтобы вокруг крутились какие-то актеры.
— Если что-нибудь…
— Иди домой, а, парень? — сказал Холден.
Гвир грустно улыбнулся ему в ответ и начал собираться. Казалось, он не очень-то хотел уходить. Ему было даже любопытно после его короткого разговора с Мэри, горничной.
— Так что это, это его сердце? Он ведь еще ребенок, да?
— Да.
— Ты пойдешь уже домой или нет?
Позже мне захотелось посмеяться, что ли. Я рассказал Холдену, что океан был полон шаров для боулинга, и этот маленький болван кивнул и сказал:
— Да, Винсент, — как будто понял, о чем я говорю. 
Он умер той ночью в десять минут девятого. 
Возможно, то, что я записываю все это, отпустит его отсюда. Он был в Италии с Холденом, был во Франции, Бельгии, Люксембурге и части Германии со мной. Я этого не вынесу. В эти дни он не должен слоняться поблизости.