Эцитоны бурчелли

родственников. 
Раиса Павловна (неожиданно). А дачу? 
Деревушкин (жене). Что? 
Софья. А дачу кому? 
Серафима. А кому дачу? 
Растегай. Кому дачу, Платон Петрович? 
Деревушкин (соображая). Вас интересует, кому я завещаю дачу? А? Что? Ну? 
Раиса Павловна. Да! Дачу! Кому дачу? 
Все (кроме Александры, Хвоща и Иванова). Кому? Кому? Дачу! Кому? 
Деревушкин (поднимаясь, угрожающе). Ах, дачу? (Смотрит на всех в упор и вдруг, неожиданно прозрев.) Муравьям! Трудовым му-ра-вьям! Только не эцитонам!.. (Резко отодвинув стул, выходит из-за стола. В сердцах ломает пополам палку, бросает обломки в угол веранды. Уходит в сад. Скрывается за углом дачи.) 
За ним, сорвавшись со своего места, бежит Александра. 
Никологорский в волнении выпивает рюмку водки. 
Елена Викентьевна. Что он сказал? Дачу кому? 
Хвощ (издевательски кричит старухе на ухо). Трудовым муравьям! Здорово, да? 
Елена Викентьевна. Муравьям? Комедия какая-то! (Пожимает плечами.) 
Домработница (поднимая веточку с пескарями). Раиса Павловна! Рыбу-то сейчас пожарить? Или - в холодильник? 
Все молчат. Вдали глухо гремит гром - приближается 
гроза. 
Иванов (с глубокой иронией). Про автомобиль забыли! Тоже ведь, поди, денег стоит!.. 
Молния. Гром. Над дачей проносится очистительная гроза. 
Занавес 
1959