Троянский конь

С пятнадцатой террасы Элин всматривалась в нагромождение лабораторий и контор на открытом воздухе, некоторые были разделены длинными полосами невозделанного поля, другие тесно жались друг к другу в надежде на объединение усилий. Корпорации, испытывающие бактериологическое оружие, соседствовали с компаниями, перерабатывающими радиоактивные отходы. Организация, работающая над проектом регулирования роста населения в странах Центральной Азии, занимала целые полтеррасы, вокруг густо кишели охранники. На Луне также велись некоторые банковские операции, которые не совершались в Швейцарии. 
- Понимаешь, - говорил Тори, - мне это совсем не нравится. 
Он стоял с бесстрастным лицом, покрытым красно-зеленой краской, и следил за тем, как рабочий монтирует больничную койку и подключает к ней хирургическое оборудование. 
- Ты сам меня нанял, - напомнила ему Элин. 
- Да, но сейчас я действую в рабочем режиме. 
Монтажник сложил свои инструменты и ушел. 
Кажется, мы почти готовы. 
- Отлично. - Элин плюхнулась на койку и легла на спину, скрестив руки на груди. - Теперь не хватает только свечки в руках! 
- Я подсоединю тебя к интеркому, чтобы не очень скучала в перерывах между эпизодами. 
У Элин зарябило в глазах, вокруг роились образы. Призраки витали в воздухе, пялились на нее из земных глубин. 
- Теперь отключим органы чувств. 
Окружающий мир исчез, но видения остались, каждое существо в отдельном шестиугольнике. Элин как будто смотрела сквозь глаза мухи. 
Вдруг она остро почувствовала присутствие Тори, и чей-то голос сказал: 
- Это продлится одну минуту. Чтобы скоротать время, вызови кого-нибудь из друзей. 
Голос пропал. 
Элин парила в воздухе, освободившись от тела, освободившись от чувственного восприятия, почти богоподобная в своей отрешенности. Лениво перемещаясь среди теней, она оставила позади Лэндис и остановилась около маленького круглолицего человечка, рисующего у себя на лбу черную полосу. 
"Привет, Ганс", - подумала Элин. 
Он поднял голову и подмигнул: 
- Как дела, детка? 
"Неплохо. Чем занимаешься?" 
- Работаю. Сегодня я слежу за черным ящиком. - Он добавил к полосе на лбу ярко-оранжевый мазок и оценивающе посмотрел на свое лицо в карманное зеркальце. - Сижу здесь и держу палец на кнопке. - Его рука скользнула под приборную доску. - Если я получу приказ, сразу нажму. В конденсорах взорвутся заряды, и купола больше не будет. Пшик! Весь воздух уйдет наружу. 
Элин обдумала его слова: вулкан, извергающий на поверхность Луны потоки кислорода; люди, подброшенные вверх, раскиданные по сторонам, разодранные в клочья взрывной декомпрессией... 
"Это страшно, Ганс". 
- О, бояться совершенно нечего, Когда я не подключен к работе, кнопка не действует. 
"Даже если так". 
- Элементарная предосторожность. Здесь проводится полно исследований, которые без такой меры безопасности были бы не разрешены. Не волнуйся, я не взорвал еще ни одного купола. 
Связь прервалась, и Элин опять почувствовала присутствие Тори. Ощущение было такое, словно кто-то невидимый заглядывает через плечо. 
- Сейчас мы начинаем испытывать серию программ "Троянский конь". Мы будем вводить тебя в желаемые душевные состояния, а не вызывать их. Мы инкапсулировали внешние проявления твоей личности и направили экспериментальные программы на второй уровень. Так что в этой серии опытов ты не будешь отождествлять себя с программами, а воспримешь все со стороны. 
"Тори, ты самое заумное существо на свете. Нельзя ли повторить все это по-человечески?" 
- Я покажу тебе. 
Вдруг Элин словно заключили в шар из ветвистых малиновых линий, медленно пульсирующих, темных и тусклых. Они переплетались и переливались друг в друга, и Элин представила, что так выглядят сосуды у нее в голове, когда она чувствует головную боль. 
- Это был гнев, - сказал Тори. - Твой мозг преобразовал его в зрительный образ, потому он не соотнес этот гнев с собой. 
"Ах, вот, значит, что ты хочешь со мной сделать! Перепрограммировать меня, чтобы я стала как Бог: все видела, но ничего не переживала". 
- В конце концов, да. Хотя я сомневаюсь, что ты сможешь создавать образы. Скорее всего, ты почувствуешь присутствие Бога. 
Тори на секунду исчез, и Элин ощутила даже не одиночество, а почти полное небытие. Потом он вернулся. 
- Но начнем постепенно. Первые сеансы поднимут тебя до начального уровня метапрограммирования, интегрировав все твои умственные процессы и позволив тебе управлять ими на нижней ступени. В обиходе мы называем этот тип "превращение в Христа". Поосторожнее с тем, что ты увидишь или почувствуешь. 
Голос Тори затих, Элин осталась одна. Но вдруг все изменилось. 
Она почувствовала близость чего-то удивительного. 
Кто-то стоял совсем рядом. Элин пыталась открыть глаза, она стремилась увидеть, но сейчас у нее не было зрения. Ее существо раскрылось навстречу чуду, и перед Элин начали появляться люди. 
- Осторожно, - сказал Тори. - Ты снова включила интерком. 
"Я хочу видеть!" 
- Здесь никого нет. Это твой собственный мозг. Но если хочешь, можешь интерком не выключать. 
Какое разочарование. Ее окружали любовь и мудрость, не сравнимая с мудростью человеческой, она чувствовала, что все сущее во Вселенной священно, и это чувство наполняло ее удивительным счастьем. Элин не могла сама вызвать все эти ощущения, здесь должен быть кто-то более великий. 
Логика была бессильна перебороть эмоции. Элин рыскала по внутренней связи, вызывая образ за образом и отвергая их один за другим. Покончив с сотрудниками, занятыми в проекте, она бросилась перебирать общественные мониторы кратера. 
На фермах агротехники собирали клубнику и душистый горошек. Элин чувствовала на языке вкус плодов. Кто-то вытаскивал водоросли из внутреннего озера, и она ощущала тяжесть сачка в мозолистых руках. Недалеко от ее больничной койки, в рощице, занималась любовью парочка, и Элин... 
"Тори, я больше не могу. Это действует слишком сильно". 
- Ты сама напросилась в испытательницы. 
"Кой черт, Тори!.." 
В интеркоме появилась Донна Лэндис.