Путь в космос

К о р о л е в. Пока мы тут, может, вы, Варвара Прокопьевна, у меня в кабинете порядок наведете? Только, пожалуйста, ничего не выбрасывайте.
П р о к о п ь е в н а. Чего меня учить-то! Первый день, что ли! Поговорите. (Уходит.)
Ф а т ь я н о в. Смешная старуха.
К о р о л е в. Смешная?! Всю войну эта смешная женщина у токарного станка простояла… Муж и два сына… в земле. Руки целовать надо при встрече. Вот так, Борис Борисович!
Ф а т ь я н о в (смущенно). Извините, не знал.
К о р о л е в. Ну добро, садовник. Что пришел — спасибо. А как дела?
Ф а т ь я н о в. В общем, с тормозной установкой, по-моему, все в порядке…
К о р о л е в. Ну наконец-то! Раз так, можно подвести некоторые итоги. Отработка систем корабля идет полным ходом. Добро. Проблема герметизации решена. Теплозащита корабля найдена. Спасибо профессору Светову. С энергетикой все в порядке. А вот система ориентации — капризная штука. Возьми ее под свой контроль, Борис Борисович. Передай, пожалуйста, мою просьбу генералу Хорову: пусть сам лично поприсутствует на испытаниях парашютных систем. Ну что же, к баллистикам у меня претензий нет пока. Горшинская фирма — вне конкуренции. И прошу, Борис Борисович, максимум энергии и внимания. В нашем деле мелочей нет. (Склоняется над бумагами.) Так, так. Разумно. Это чья подпись? Георгия Преснякова? А это?.. Лариса Преснякова? До чего расписываются одинаково, чертенята! Удивительно талантливая пара. Тебе не кажется?
Ф а т ь я н о в (после паузы). Они разные… И… поссорились. С того дня в академии.
К о р о л е в. Ты, кажется, радуешься?
Ф а т ь я н о в. Я люблю ее, Сергей Павлович.
К о р о л е в. Вот те раз!
Ф а т ь я н о в. Мы учились с Ларисой и Георгием в одной школе. Дружили. Потом фронт. Вы знаете. (После паузы.) Георгий Пресняков вернулся первым…
К о р о л е в. Жизнь. Ты никогда не говорил мне…
Фатьянов свертывает чертежи.
Нет, нет. Оставь мне. Я пару дней помозгую. Куда-то валидол затерялся. (Серьезно.) Ты что-то хочешь мне сказать?
Ф а т ь я н о в. Вот. (Подает Королеву листок бумаги.)
К о р о л е в (читает). Я против. Решительно против.
Ф а т ь я н о в. Но вы, Сергей Павлович, не только конструировали самолеты и планеры, но и сами испытывали их. Представьте, я в кабине корабля.
К о р о л е в (официально). Не представляю. Да и вообще к чему этот разговор? Вы знаете, нет окончательного решения.
Ф а т ь я н о в. Может, разрешат по баллистической?
К о р о л е в (раздраженно). Тогда… Тогда передайте ваше заявление Томилину. Да-да, Томилину. И забудьте дорогу ко мне. Мне нужны единомышленники во всем: в большом и малом… (Берет себя в руки.) Что же нам Преснякова не звонит? Пойду закажу полигон. (Уходит на веранду к телефону.)
Появляется  П р е с н я к о в а  в дорожном костюме — куртке и сапогах. Фатьянов быстро идет ей навстречу.
П р е с н я к о в а (нервно). Борис!
Ф а т ь я н о в. Я все понял, Лариса.
П р е с н я к о в а. Есть дефекты, правда незначительные. Пытались скрыть их от меня. Я не имею права. Дело в принципе. Сегодня в малом, завтра могут в большом.
Ф а т ь я н о в. Ни слова Королеву. Я сам.
Появляется  К о р о л е в. Видит Преснякову.
П р е с н я к о в а (как можно веселее). Здравствуйте, Сергей Павлович!
К о р о л е в. Здравствуйте, здравствуйте. А я заказал полигон. Самую суть!
Ф а т ь я н о в (торопливо). Тормозная есть. (Пресняковой.) Ты, Лариса, очень устала. Сергей Павлович…
К о р о л е в. Да, да, конечно, пойдемте на веранду. Остальное потом. Отлично, отлично. Теперь снова вперед. А сейчас за стол. Борис, свертывай-ка свои чертежи. В кои-то веки мы встречаемся так, по-домашнему. Рад, рад, что вы оба здесь. (Обнимая Преснякову и Фатьянова, уходит на веранду.)
К Прокопьевне подходит  Е г о р о в. Он в осеннем легком пальто, в кепке. В руках продолговатый сверток.
Е г о р о в. Здравствуйте!
П р о к о п ь е в н а. Здравствуй.
Е г о р о в. Сергей Павлович дома?
П р о к о п ь е в н а. Не садовник, случаем?
Е г о р о в. Кое-что понимаю. Яблоньки-то подрезать пора. Крепко запущены.
П р о к о п ь е в н а. Кому ухаживать-то? Сам с утра до вечера на работе. Инструмент-то поставь, чего ты его в руках, как младенца, держишь.
Егоров ставит сверток к забору.
Ты посиди тут, а я пойду доложу.
Егоров садится на скамейку. Прокопьевна идет на веранду к Королеву.
К о р о л е в (Пресняковой и Фатьянову). Вот жена ушла некстати! (Достает коробку конфет. Пресняковой.) Признавайтесь, Лариса Васильевна, любите сладкое? Прошу.
П р е с н я к о в а. Признаюсь, Сергей Павлович, люблю. В детстве нас не баловали. Отец у меня строгий. Сахар и мед признает. Остальное, говорит, баловство.
Появляется  П р о к о п ь е в н а.
П р о к о п ь е в н а (всем). Какой-то бородач пришел. Похоже, в этот раз садовник, с инструментом. Яблони пора подрезать, запущены, говорит, очень.
К о р о л е в. Пойдемте, Варвара Прокопьевна. (Пресняковой и Фатьянову.) Я сейчас. А вы пока новую песню Бориса Мокроусова послушайте. (Включает магнитофон.)
Звучит песня:
 
 
Кружат в небе планеты —
 
Сестры нашей Земли.
 
Твердо верим: ракеты
 
К ним домчат корабли.
 
 
Королев и Прокопьевна подходят к калитке. Егоров встает.
К о р о л е в (подает руку). Здравствуйте. Королев.
Е г о р о в. Не узнаешь, Сергей Павлович? (Встает по стойке «смирно», вскидывает руку к козырьку, четко, по-военному.) Товарищ начальник, первая советская жидкостная ракета ноль девять к старту готова. Механик Егоров.
К о р о л е в. Кажется, это сон… Егорыч! (Бросается к Егорову.) Родной мой! (Обнимает.) Да неужели это ты?! Сколько лет прошло! А бородища-то, бородища!
П р о к о п ь е в н а (в сторону). Опять промахнулась. (Уходит.)
К о р о л е в. Пойдем, старина. Там у меня двое инженеров с работы. Подождут! Вон туда. Ну, рассказывай.
Садятся на скамейку.
Е г о р о в. Да что рассказывать? Воевал. Подгорел в танке. (Гладит рукой по щеке.) За бороду и спрятался. После войны партийная работа. Одно поручение за другим. Вот и сегодня приехал за новым. (Смотрит на часы.) В восемнадцать двадцать должен быть у секретаря ЦК. Давно хотел тебя повидать, Сергей. Да и в Москве-то лет пятнадцать не бывал. Сижу все в родной Сибири. Кое-кого спрашивал: где Королев? Никто не знает. А тут первый спутник… Опять спрашиваю: кто командует? А мне в ответ: Главный. Как фамилия, спрашиваю, а они: не знаем. Только по размаху да по хватке понял — твоих рук дело.
К о р о л е в. Чуть было не связали эти руки.
Е г о р о в. Не пойму что-то.
К о р о л е в. Мечтали о полете человека Циолковский, Цандер, Кондратюк…
Е г о р о в. Теперь и пора. Силищу какую народ накопил! По Сибири вижу.
К о р о л е в. Скажи мне, старый мой друг, действительно все это не ко времени? Война была…