Судьба драконов в послевоенной галактике
- Джек Никольс! - услышал я. - Джек Никольс! - и еще, и еще раз.
- Вы что, глиссандо решили сыграть? Башкой по всем кнопкам? Чтобы точно никто не ушел?
Я разлепил глаза. Я поднял голову. По экрану метались оранжевые, желтые полосы.
"Отпетые" веселились.
- От это бац, - охал Федя, - рожей по всем кнопкам - брр мм, бррмм.
- Виртуоз, - всхлипывал от смеха Пауль, - Ференц Лист на приеме у князя Бюлова.
Я встал и проговорил, изумляясь хрипоте своего голоса:
- Виноват, коллега капитан.
Капитан подошел ко мне.
- Вам что, - спросил он, - не хватает времени для сна?
- Никак нет, - ответил я, - хватает.
Капитан встал на корточки перед экраном, покрутил какие-то ручки, оранжевые и желтые полосы исчезли.
- Бриганд? - позвал капитан, поднимаясь.
- Я, - отозвался Мишель.
- Оставьте Диего Хальцедонова и Джека Никольса здесь... Для беседы.
- Есть, - бодро выкрикнул Мишель.
Занятия кончились. Мишель построил роту, пару раз матернулся и увел "отпетых".
Капитан подождал, пока из туннеля, напоминающего школьный коридор, "отпетые" вышагнут в туннель, напоминающий пещеру, и повторил вопрос:
- Диего Хальцедонов, Джек Никольс, вам что, не хватает времени для сна?
Мы оба вскочили почти одновременно и отрапортовали хором :
- Никак нет! Хватает!
Капитан сидел молча, постукивал костяшками пальцев по столу.
- Вас бьют? - наконец поинтересовался он. - Вас загружают работой? Вам не дают спать?
- Никак нет! - так же хором ответили мы.
Выглядело это, наверно, комично, но капитан не засмеялся.
- Черт-те, - как бы про себя сказал он, - что вы за люди такие? К драконам в пасть - всегда пожалуйста, а хулиганов ротных боитесь?..
- Вы хотели сказать, - заметил я, - что мы за люди такие?
Капитан внимательно посмотрел на меня, потом сказал:
- Нет, так я сказать не хотел, но благодарю за поправку, капитан улыбнулся, - благодарю за уточнение.
- Разрешите идти? - Диего даже каблуком пристукнул.
- Идите, - махнул рукой капитан.
Мы пошли. Это было наслаждением - идти без строя. Просто идти себе и идти. Руки в карманы. Или вести рукой по странно теплой стене подземелья тоже хорошо, тоже прекрасно.
- Слышь, - сказал Диего, - Джекки, а может, скажем? А? Сейчас вернемся - и скажем. Ведь забьют же на фиг. Мы же им всю казарму вылизали, а нам еще и еще наваливают. Я еле на ногах стою. А ну как в пещеры с огнеметом топать? Я уже забыл, где там спусковой крючок. Я со шваброй лучше управлюсь.
- Возьми швабру, - посоветовал я.
- От, блин, ты шутишь... Ну, чего тут шутить. Задавят в пещерах и кишки по сталактитам размажут. Давай стукнем. Ну сил же нет... Что, очень хочется слетать-полетать? Да мы с тобой до вылетов сдохнем здесь. Обнявши унитаз.
Я молчал, почти не обращая внимания на слова Диего. О себе-то я уже решил. Знал, как себя вести.
- Вон погляди, - говорил Диего, - Пауль и Ден стукнули раз-два. И ничего! Один пальмы поливает, другой на воротах сидит. Если в пещеру идти сумку через плечо. Медбрат, санинструктор. Не служба - лафа.
- Как хочешь, - сказал я.
- Я хочу, - помолчав, продолжил Диего, - я очень хочу жить и спать. Ты извини, брат, но я к Пиздею уже ходил.
Я остановился, пораженный.
- Как же ты успел?
- Успел, - усмехнулся Диего, - выкрал время. И, заметь, нас поменьше кантовать стали.
- Что-то я не заметил, - вздохнул я..
Глава одиннадцатая. Пещеры
Мишель ходил вдоль стоя.
- Значит, так, - он погрозил пальцем, - говорю еще раз, специально для "младенцев", прочим тоже полезно послушать: если, блин, встретились с "квашней" и не уверены, что попадете, - Мишель задрал голову и пихнул себе под подбородок пальцем, - лучше уходите или вызывайте второго, третьего все равно кого. Мне трупы в пещерах ни к чему. Выволакивать вас... Режьте себе на равные части "червячков", глушите "царевен", но не нарывайтесь, не геройствуйте. Вопросы?
Строй молчал.
- Ну, - вздохнул Мишель, - потопали. "Младенцы"! Чтоб через каждые полчаса мне пипикали. Ясно?
- Так точно! - гаркнули мы.
- Не слышу ни хера!
- Так точно! - заорали мы изо всех сил.
- А, - кивнул Мишель, - приблизительно.
- Заботливый "дедушка", - донесся из строя голос Пауля.
Он специально гнусавил, получилось смешно.
В строю засмеялись.
Мишель улыбнулся:
- Павлуша, кончай стебаться. Ты же видишь, какое чмо из карантина нам присылают. Пошли.
Мы не в лад затопали по туннелю.
У пещер, темнеющих разверстыми ртами, уже стояли "чистильщики" и прохаживался Гордей Гордеевич.
- Ага, - язвительно сказал он, - третья рота, ебте, тянется последней и как школьники на прогулку... Вы еще за руки возьмитесь. Вы,ебте, должны так топать, чтобы дома над вами подскакивали!
- Строиться, - угрюмо приказал Мишель.
Мы построились.
- Ббте, - распалялся полковник, - а песня строевая где? Какая песня?
- Непобедимы, как орлы, - буркнул Мишель, опустив голову.
- Ббте, - разозлился полковник, - да по мне хоть "обосраны, как голуби", мне интересно, почему вы эту песню не поете? Скрываете, что ли? Стесняетесь, ебте?
- Мы не успели разучить, - Мишель еще ниже опустил голову.
- Ббте, - полковник развел руками, - это же гимназия на пленэре - не успели выучить! Вы уже три года этих своих "непобедимых орлов" учите. Первая, - полковник загнул палец один, потом другой, - поет - со стен штукатурка отваливается, вторая поет, третья - ни гу-гу... ебте.
- Мы выучим, коллега полковник, - печально пообещал Мишель.
- Выучите, - кивнул Гордей Гордеевич, - еще бы вы не выучили, ебте. В строй, бриганд Мишель.
Мишель отдал честь и пошел, чеканя шаг, к нам.
- Блин, - тихо, но с тем большей ненавистью произнес он, останавливаясь проив нашего строя, - обезьяны! Вернемся из пещер - всем листки с песней раздам... Чтоб выучили, блин, чурки, обезьяны?
Нам выдали целую гроздь ламп, и мы двинулись раздавать лампы "чистильщикам". Они вешали лампы на грудь.
- Зря батарейки, - предупреждал Мишель, - не жечь. Понятно? "Младенцы"? "Коверный", Ббте, в светлую пещеру вперлись - сразу назад.
Мы включили лампу и вошли в холодную пещеру.
После бессонных ночей у меня неистово болела голова, и я боялся только одного, что вот сейчас я грянусь о склизкие, какими-то водорослями облепленные камни - и засну.