Избранное

И, видно, напрасно я жду ледохода.
И память не в силах согреть в холода.
Все нужные ноты давно сыграли.
Сгорело, погасло вино в бокале.
Минутный порыв говорить — пропал.
И лучше мне молча допить бокал.
В оркестре играют устало, сбиваясь!
Смыкается круг, не порвать мне кольца!
Спокойно! Мне нужно уйти, улыбаясь.
И всё-таки я подожду до конца.
Все нужные ноты давно сыграли.
Сгорело, погасло вино в бокале.
Тусклей, равнодушней оскал зеркал.
Нет! Лучше мне просто разбить бокал.
[1971]
* * *
Я все вопросы освещу сполна,
Дам любопытству удовлетворенье.
Да! У меня француженка жена,
Но русского она происхожденья.
Нет! У меня сейчас любовниц нет.
А будут ли? Пока что не намерен.
Не пью примерно около двух лет.
Запью ли вновь? Не знаю, не уверен.
Да нет! Живу не возле «Сокола»,
В Париж пока что не проник…
Да что вы всё вокруг да около!
Да спрашивайте напрямик!
Я все вопросы освещу сполна,
Как на духу — попу в исповедальне.
В блокноты ваши капает слюна —
Вопросы будут, видимо, о спальне?
Да, так и есть! Вот густо покраснел
Интервьюер: «Вы изменяли женам?» —
Как будто за портьеру подсмотрел
Иль под кровать залег с магнитофоном.
Да нет! Живу не возле «Сокола»,
В Париж пока что не проник…
Да что вы все вокруг да около!
Да спрашивайте напрямик!
Теперь я к основному перейду.
Один, стоявший скромно в уголочке,
Спросил — А что имели вы в виду
В такой-то песне и такой-то строчке? —
Ответ — Во мне Эзоп не воскресал.
В кармане фиги нет, не суетитесь!
А что имел в виду, то написал.
Вот, вывернул карманы — убедитесь!
Да нет! Живу не возле «Сокола»
В Париж пока что не проник…
Да что вы все вокруг да около!
Да спрашивайте напрямик!
[1971]
 * * * 
Зарыты в нашу память на века
И даты, и события, и лица.
А память, как колодец, глубока.
Попробуй заглянуть — наверняка
Лицо — и то неясно отразится.
Разглядеть, что истинно, что ложно,
Может только беспристрастный суд.
Осторожно с прошлым, осторожно, —
Не разбейте глиняный сосуд.
Одни его лениво ворошат,
Другие — неохотно вспоминают,
А третьи даже помнить не хотят, —
И прошлое лежит, как старый клад,
Который никогда не раскопают.
И поток годов унес с границы
Стрелки — указатели пути.
Очень просто в прошлом заблудиться
И назад дороги не найти.
С налета не вини — повремени!
Есть у людей на все свои причины.
Не скрыть, а позабыть хотят они
Ведь в толще лет еще лежат в тени
Забытые заржавленные мины.
В минном поле прошлого копаться
Лучше без ошибок, потому,
Что на минном поле ошибаться…
Нет! Не удавалось никому.
Один толчок — и стрелки побегут,
А нервы у людей не из каната,
И будет взрыв, и перетрётся жгут…
Ах, если люди вовремя найдут
И извлекут до взрыва детонатор!
Спит Земля спокойно под цветами,
Но еще находят мины в ней.
Их берут умелыми руками
И взрывают дальше от людей.
[1971]
* * *
Так случилось — мужчины ушли,
Побросали посевы до срока.
Вот их больше не видно из окон —
Растворились в дорожной пыли.
Вытекают из колоса зерна —
Эти слёзы несжатых полей,
И холодные ветры проворно
Потекли из щелей.
Мы вас ждём — торопите коней!
В добрый час, в добрый час, в добрый час!
Пусть попутные ветры не бьют, а ласкают вам спины.
А потом возвращайтесь скорей!
Ивы плачут по вас,
И без ваших улыбок бледнеют и сохнут рябины.
Мы в высоких живём теремах,
Хода нет никому в эти зданья —
Одиночество и ожиданье
Вместо вас поселились в домах.
Потеряла и свежесть, и прелесть
Белизна ненадетых рубах,
Даже старые песни приелись
И навязли в зубах.
Мы вас ждем — торопите коней!
В добрый час, в добрый час, в добрый час!
Пусть попутные ветры не бьют, а ласкают вам спины.
А потом возвращайтесь скорей!
Ивы плачут по вас,
И без ваших улыбок бледнеют и сохнут рябины.
Всё единою болью болит,
И звучит с каждым днем непрестанней
Вековечный надрыв причитаний
Отголоском старинных молитв.
Мы вас встретим и пеших, и конных,
Утомленных, нецелых, — любых.
Только б не пустота похоронных,
Не предчувствие их.
Мы вас ждем — торопите коней!
В добрый час, в добрый час, в добрый час!
Пусть попутные ветры не бьют, а ласкают вам спины.
А потом возвращайтесь скорей!
Ибо плачут по вас
И без ваших улыбок бледнеют и сохнут рябины.
[1971]
  О МОЁМ СТАРШИНЕ  
   
Я помню райвоенкомат:
«В десант не годен. Так-то, брат!
Таким, как ты, там невпротык», — и дальше смех, —
Мол, из тебя какой солдат?
Тебя хоть сразу в медсанбат.
А из меня такой солдат, как изо всех.
А на войне как на войне.
А мне и вовсе — мне вдвойне,
Присохла к телу гимнастёрка на спине.
Я отставал, сбоил в строю,
Но как-то раз в одном бою,
Не знаю чем, я приглянулся старшине.
Шумит окопная братва:
«Студент! А сколько — дважды два?
Эй, холостой, а правда, графом был Толстой?
А кто у Гоголя жена?»
Но тут встревал мой старшина:
«Иди поспи, ты не святой, а утром бой».
И только раз, когда я встал
Под пули в рост, он закричал:
«Ложись!» — и дальше пару слов без падежей,—
К чему, мол, дырка в голове?
И вдруг спросил: «А что, в Москве
Неужто вправду есть дома в пять этажей?»
Над нами шквал — он застонал,
И в нём осколок остывал.
И на вопрос его ответить я не смог.
Он в землю лёг за пять шагов,
За пять ночей и за пять снов —
Лицом на Запад и ногами на Восток.
[1971]
  РАЗВЕДКА БОЕМ  
   
Я стою, стою спиною к строю.
Только добровольцы — шаг вперёд.
Нужно провести разведку боем.
Для чего — да кто ж там разберёт.
Кто со мной, с кем идти?
Так — Борисов, так — Леонов,
И еще один тип
Из второго батальона.
Мы ползём, к ромашкам припадая.
Ну-ка, старшина, не отставай!
Ведь на фронте два передних края —
Наш, а вот он — их передний край.
Кто со мной, с кем идти?
Так — Борисов, здесь Леонов,
И ещё этот тип
Из второго батальона.
Проволоку грызли без опаски.
Ночь. Туман. И не видать ни зги.
В двадцати шагах чужие каски
С той же целью — защитить мозги.
Кто со мной, с кем идти?
Здесь Борисов, здесь Леонов.
Ох, ещё этот тип
Из второго батальона!..
Скоро будет «Надя с шоколадом»:
В шесть они подавят нас огнём.
Хорошо! Нам этого и надо.
С богом! Потихонечку начнём.
Ну! Кому пофартит?
Вот — Борисов, вот — Леонов.
Да! Ещё этот тип
Из второго батальона.
 
 
Пулю для себя не оставляю!
Всё нормально, рассекречен дзот.
Этот тип, которого не знаю,
Очень хорошо себя ведёт.
С кем обратно ползти?
Где Борисов? Где Леонов?
Правда, жив этот тип
Из второго батальона.
На НП, наверное, в восторге,
Но фуражки сняли из-за нас.
Правильно, считай, что двое в морге,
Двое остаются про запас.
С кем ещё раз идти?
Где Борисов? Где Леонов?
Ранен в голову тип
Из второго батальона.
Я стою спокойно перед строем.
В этот раз стою к нему лицом.