Великие поэты мира: Поэзия
Часть 36 из 72 Информация о книге
1971
МИЛИЦЕЙСКИЙ ПРОТОКОЛ
Считай по-нашему, мы выпили не много —Не вру, ей-богу, – скажи, Серега!И если б водку гнать не из опилок,То чё б нам было с пяти бутылок!...Вторую пили близ прилавка в закуточке, —Но это были еще цветочки, —Потом – в скверу, где детские грибочки,Потом – не помню, – дошел до точки.Я пил из горлышка, с устатку и не евши,Но – как стекло был, – остекленевший.А уж когда коляска подкатила,Тогда в нас было – семьсот на рыло!Мы, правда, третьего насильно затащили, —Ну, тут промашка – переборщили.А что очки товарищу разбили —Так то портвейном усугубили.Товарищ первый нам сказал, что, мол, уймитесь,Что – не буяньте, что – разойдитесь.На «разойтись» я сразу ж согласился —И разошелся, – и расходился!Но если я кого ругал – карайте строго!Но это вряд ли, – скажи, Серега!А что упал – так то от помутненья,Орал не с горя – от отупенья....Теперь дозвольте пару слов без протокола.Чему нас учит семья и школа?Что жизнь сама таких накажет строго.Тут мы согласны, – скажи, Серега!Вот он проснется утром – протрезвеет – скажет:Пусть жизнь осудит, пусть жизнь накажет!Так отпусти́те – вам же легче будет:Чего возиться, раз жизнь осудит!Вы не глядите, что Сережа все кивает, —Он соображает, все понимает!А что молчит – так это от волненья,От осознанья и просветленья.Не запирайте, люди, – плачут дома детки, —Ему же – в Химки, а мне – в Медведки!..Да, все равно: автобусы не ходят,Метро закрыто, в такси не содят.Приятно все-таки, что нас тут уважают:Гляди – подвозят, гляди – сажают!Разбудит утром не петух, прокукарекав, —Сержант подымет – как человеков!Нас чуть не с музыкой проводят, как проспимся.Я рупь заначил, – опохмелимся!И все же, брат, трудна у нас дорога!Эх, бедолага! Ну спи, Серега!1971
ПЕСНЯ О ШТАНГИСТЕ
Василию Алексееву
Как спорт – поднятье тяжестей не новоВ истории народов и держав:Вы помните, как некий грекдругогоПоднял и бросил, чуть попридержав?Как шею жертвы, круглый гриф сжимаю —Чего мне ждать: оваций или – свист?Я от земли Антея отрываю,Как первый древнегреческий штангист.Не отмечен грацией мустанга,Скован я, в движениях не скор.Штанга, перегруженная штанга —Вечный мой соперник и партнер.Такую неподъемную громадуВрагу не пожелаю своему —Я подхожу к тяжелому снарядуС тяжелым чувством: вдруг не подниму?!Мы оба с ним как будто из металла.Но только он – действительно металл.А я так долго шел до пьедестала,Что вмятины в помосте протоптал.Не отмечен грацией мустанга,Скован я, в движениях не скор.Штанга, перегруженная штанга —Вечный мой соперник и партнер.Повержен враг на землю – как красиво! —Но крик «Вес взят!» у многих на слуху.«Вес взят!» – прекрасно, но несправедливо:Ведь я внизу, а штанга наверху.Такой триумф подобен пораженью,А смысл победы до смешного прост:Все дело в том, чтоб, завершив движенье,С размаху штангу бросить на помост.Не отмечен грацией мустанга,Скован я, в движениях не скор.Штанга, перегруженная штанга —Вечный мой соперник и партнер.Он вверх ползет – чем дальше, тем безвольней, —Мне напоследок мышцы рвет по швам.И со своей высокой колокольниМне зритель крикнул: «Брось его к чертям!»Еще одно последнее мгновенье —И брошен наземь мой железный бог!...Я выполнял обычное движеньеС коротким злым названием «рывок».1971
* * *
Так дымно, что в зеркале нет отраженьяИ даже напротив не видно лица,И пары успели устать от круженья, —И все-таки я допою до конца!Все нужные ноты давносыграли,Сгорело, погасло винов бокале,Минутный порыв говорить —пропал, —И лучше мне молча допитьбокал...Полгода не балует солнцем погода,И души застыли под коркою льда, —И, видно, напрасно я жду ледохода,И память не может согреть в холода.Все нужные ноты давносыграли,Сгорело, погасло винов бокале,Минутный порыв говорить —пропал, —И лучше мне молча допитьбокал...В оркестре играют устало, сбиваясь,Смыкается круг – не порвать мне кольца...Спокойно! Мне лучше уйти улыбаясь, —И все-таки я допою до конца!Все нужные ноты давносыграли,Сгорело, погасло винов бокале,Тусклей, равнодушней оскалзеркал...И лучше мне просто разбитьбокал!