Маскарад в красном свечении

- О, конечно, - затрепетал Джеми. Он разместил рогатый шлем набекрень и стремительно ухватился за него пальцами. - Начнем с одной щеки. С кусочка кожи. 
Прикосновение Джеми лезвием было достаточно мягким, но все же для мертвой плоти достаточно сильным. В первом же прикосновении вся безжизненная маска опала красным и мокрым, перед вглядывающимися глазами присутствующих. И стальной череп-берсеркер ухмыльнулся. 
У Люсинды было достаточно времени увидеть, как тело Джеми было отброшено через Зал стальной рукой, прежде чем люди, державшие ее, лишились своих жизней, а она смогла нырнуть под стол. 
Наступил форменный бедлам, и в следующее мгновение весь стол разлетелся вдребезги от мощи берсеркера. Машина, обнаружив что ее разоблачили, изменила свой начальный план уйти с доказательствами смерти Карлсена. Она вернулась ко второй цели древнего берсеркера - обычному убийству. Двигаясь через Зал, приземистая и невероятно прыгучая, она скашивала на своем пути косообразными руками все подряд, пожиная воюющую толпу в кровавом успокоении. 
У главного входа завывающие люди, обезумев, прыгали друг на друга, а убийца работал среди них, методично калеча и убивая. Затем он снова вернулся в зал. Приблизившись к Люсинде, сидевшей под столом, машина заколебалась, узнав в ней партнера по своей основной функции. Через мгновение она нашла другую цель. 
Это был Ногара. Его сломанная правая рука бессильно свисала. Он пришел с тяжелым ручным автоматом и открыл огонь с левой руки, когда машина оказалась по другую сторону от него. Разрывы расшвыряли друзей Ногары и мебель, но только слегка задели движущегося противника. 
Наконец, один заряд попал. Машина рухнула, но в своем стремительном движении сшибла Ногару на пол. 
Непривычная тишина наступила в Большом Зале, который был разгромлен, словно здесь разорвалась бомба. Люсинда встала. Повсюду слышались стоны, возгласы, но еще никто не встал. 
В изумлении она продолжала свой путь среди разгрома, устроенного машиной-убийцей. Она ощущала только оцепенение, глядя в ошметки одежды и плоти, которые все еще цеплялись за металлический остов. Теперь, мысленно, она видела лицо брата, каким оно было однажды, - сильным и улыбающимся. 
Сейчас там было что-то больше чем мертвец, если только можно было дать название этому... конечно, заложники берсеркера хорошие космонавты. Она могла обменять тело Карлсена за них. 
Обслуживающие машины выстроились на краю с паническим видом, на какой только они были способны. Они задержали Люсинду, но она уже открыла тяжелый гроб наполовину, когда слабый голос из Зала остановил ее. Ногара сидел у перевернутого стола. 
Он снова проквакал:... 
- живой. 
- Что? 
- Йохан живой. Здоровый. Видишь? Это - морозильник. 
- Но все мы говорили берсеркеру, что он мертв. 
Она почувствовала тупость, испытав одно потрясение после другого. Впервые она взглянула в лицо Карлсену и долгие секунды прошли, прежде чем она смогла сдержать слезы. 
- Это заложники. Им нужно его тело. 
- Нет, - покачал Ногара головой. - Теперь я понимаю. Но нет. Живым я не отдам его берсеркерам. 
Грубая сила личности все еще сочилась из его тела. Оружие он опустил, но его внутренняя сила держала Люсинду на месте. Теперь в ней не было ненависти. 
Она запротестовала. 
- Но там семь человек. 
- Берсеркеры нравятся мне тем, - Ногара болезненно сжал зубы, - что не дают пленникам свободы. Здесь. Ключ... 
Он достал его из внутреннего кармана своей туники. 
Глаза Люсинды вновь опустились на строгое лицо в гробу. Затем, импульсивно, она бросилась за ключом. Когда она взяла его, Ногара потерял сознание, или сделал вид что потерял. 
Замок гроба имел несколько положений и она повернула его в "КРИТИЧЕСКОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ". Огоньки зароились вокруг лежащей фигуры, послышалось гудение энергии. 
Автоматические системы корабля были задействованы на критическое положение. Обслуживающие машины начали вытягивать служебные устройства. Первым они унесли Ногару. Предположительно, где-то действовал робот-медик. За троном Ногары закричал громкий голос. 
- Корабельное защитное устройство требует приказов! Что за причина критического положения? 
- Не контактируйте с курьерским кораблем! - крикнула Люсинда. - Наблюдайте, чтобы он не напал. Но не заденьте спасательную шлюпку! 
Люсинда подбежала к смотровому окну, столкнувшись о тело Микала. 
Уставившись в окно, она увидела берсеркера-курьера, смутно видимого в клубящемся свете гипермассы. Спасательная шлюпка с заложниками - маленькая, смутная точка перед нею. 
Сколько ждать, пока убьют заложников и берсеркер станет искать спасения в бегстве? 
Когда она обернулась назад, то увидела, что гроб открыт и в нем сидит человек. Какое-то мгновение его глаза напоминали детские, беспомощно глядя на нее. Затем их заполнила энергия, сила, совершенно отличная от той, что была у его брата и, возможно, даже большая. 
Карлсен оторвался от нее, разглядывая окружающее пространство, опустошенный Большой Зал и гроб. 
- Филип, - прошептал он, как бы от боли, хотя его единоутробного брата не было видно. 
Люсинда подошла к нему и рассказала всю историю, с того самого дня в тюрьме Фламланда, когда она услышала, что Карлсен умер от чумы. Один раз он прервал ее: 
- Помоги мне выбраться отсюда и овладеть космическим оружием. 
Его пальцы были твердыми и сильными, когда она пожала их. Но когда он очутился подле нее, то оказался на удивление низким. 
- Продолжайте, что потом? 
Она спешно поведала ему историю, пока обслуживающие машины не пришли, чтобы вооружить его. 
- Но почему вас заморозили? - закончила она, внезапно удивленная его силой и здоровьем. 
Он игнорировал ее вопрос. 
- Идем к пульту управления защитой. Мы должны спасти тех людей. 
К нервному центру корабля он прошел со знанием дела и уселся в кресло офицера защиты корабля, который, по всей видимости, был мертв. Панель перед Карлсеном загорелась и он приказал: 
- Дай мне связь с тем курьером. 
В течение нескольких мгновений спокойно звучащий голос с курьера ответил рутинно. Лицо, появившееся на экране было плохо освещено. Любой, вглядывающийся без предубеждения ни за что бы не сказал, что это нечеловек.