Манекены

 
Сорокин Дмитрий
Манекены
Дмитрий Сорокин 
Манекены 
Терпеть не могу дожди. Не люблю мотаться по городу, будучи мокрым до нитки. А тут идет такой мелкий вялотекущий дождик, а прятаться от него смысла нет никакого, потому что он с тем же успехом может идти и день, и два, и три... Дождь идет, и я иду, до омерзения мокрый, по проспекту Мира, спеша к одноименному метро. Зонт я оставил дома, в который раз купившись на безоблачный прогноз погоды, и вот теперь расплачиваюсь за доверчивость. Прохожу мимо большого магазина модной одежды, скольжу взглядом по богатой витрине... 
В витрине восемь женских манекенов. Один с головой, остальные почему-то без. Притормаживаю, любуюсь наимоднейшими шмотками, натянутыми на одинаковые пластиковые тела. И тут замечаю еще одну интересную особенность: позы безголовых манекенов - напряженные, руки почти у всех судорожно сжаты в кулаки, кажется, они застыли в какой-то момент, не успев закончить движения. У всех семи из-под блузок, топов, маек и пуловеров нагло топорщатся впечатляющие соски. Что же до головастой пластмассовой леди... Поза расслаблена, ни малейшего признака движения, возбуждения. Лицо - холодная каменная маска. Тонкие губы искривлены в презрительной усмешечке. Этакая фригидная сука с самыми что ни на есть феминистскими наклонностями. 
Мне плевать - я все равно мокрый, от того, что постою здесь минуту-другую уже ничего не изменится. Закуриваю, прикрываю сигарету пальцами. Спасает слабо, но хоть что-то. Вглядываюсь в витрину... 
...И замечаю еще один манекен, стоящий в глубине магазина. Это мужчина. На нем стильный строгий костюм. Голова у него тоже есть. Выражения лица не разглядеть, но поза исполнена спокойного достоинства. Моментально воображаю следующую сценку: поздней ночью, а, скорее, под утро, когда засыпают самые отчаянные полуночники, манекены снимаются со своих постов, чтобы потусоваться друг с другом, потолковать о том-о сем, не боясь быть увиденными слабонервными прототипами... И вот, скажем, как раз в эту ночь собрались семь безголовых девочек пофлиртовать с симпатичным мальчиком, которого привезли... ну, позавчера. Обступили они его, слово за слово (какое, это интересно, слово, если у них голов нет? Не важно, все равно в начале было слово). Парень оказался не промах, быстренько склеил всех семерых, и только у них началось что-то многообещающее, как в третий раз прокричал петух и пришла пора срочно разбегаться. Ну, и разбежались, еле успели. И только головастая их товарка, не принимавшая участия в этом шабаше, стояла и ухмылялась презрительно: за двумя-то зайцами погонишься с известным результатом, а уж за семью... И вообще, еще позавчера, как только означенный мужчина прибыл в их маленький, но такой привычный и уютный мир, она сразу же почувствовала... как там у Петрарки? Да-да, именно вот это... 
Нет, не то, ерунда. Пока я все это выдумывал (а красиво, правда?), мне открылся еще один пласт этой кошмарной аллегории: с безголовыми женщинами все просто - пальцем помани, и вот уже соски топорщатся. А с головастыми зато все совершенно иначе... 
Все, хватит. Шизофрения, или как там в психиатрии подобные бреда называются... Мокро, холодно. Бегу в метро. 
P.S. Может быть, получилось несколько агрессивно и пошловато, зато от души...