Мексиканские рассказы для писателей

Придя домой, Адольфо первым делом залез в Интернет прочитать, что пишут барселонские газеты о поражении своих любимчиков. Посмаковав их горечь, Адольфо нашел в Интернете запись вчерашнего матча и с удовольствием просмотрел ее. И только после очередной порции положительных эмоций решил примерить парик, набрызгавшись духами и надев свое любимое красное платье.
И вот так, в этом красном платье, он прошел, расправляя складки на сексуальных бедрах, по комнате несколько раз, потому что уже не мог сдерживаться и радостные эмоции захлестывали его, стоявшего на высоких каблуках.
Но, как часто бывает, за минутами необузданной радости быстро приходит пустота и даже какое-то разочарование. Адольфо смотрел на себя в зеркало пустыми отрешенными глазами и видел уже немолодое, морщинистое лицо, складки которого не могла скрыть даже обильная пудра и нежно-розовые румяна. Грустные мысли накатывали одна за другой. И Адольфо, взяв найденный и сбереженный длинный волос, начал меланхолично наматывать его на палец, перечисляя буквы: A, B… — на какую же из них будет имя его невесты.
Это гадание, единственное из доступных Адольфо, — в конце концов, трансвестит это еще не колдунья, — прекратилось на букве R. И в этот самый момент то ли половица, то ли дверь скрипнула, и Адольфо застыл в ужасе от одной мысли, что его могут застукать в таком необычном туалете. Не смея взглянуть судьбе в лицо прямо, Адольфо кинул испуганный взгляд в зеркало, но никого там не обнаружил. «Почудилось…» — мелькнула спасительная мысль. Почти успокоившись, Адольфо обернулся и обомлел… Такого-то он точно никак не ожидал…
3
Есть такое поверье: если ты видишь человека, а его отражение отсутствует, то он вампир.
— Милый, твое платье просто восхитительно! — дрожащим голосом прошептал кузен Алонсо Ривейра, подойдя к Адольфо на расстояние вытянутой руки. Не дожидаясь ответа, он со сладострастной улыбкой, похожей на разверстые врата Ада, стал склоняться к шее Адольфо.
Объятый ужасом, Адольфо метнулся в сторону — прочь от жаркого дыхания кузена и от запотевшего зеркала…
И это было в то самое время, как в полном отвращении отпрянула от читаемого романа Рамона Ривейра. Нет, такого она предвидеть никак не могла, так поиздеваться над ней. И что этот автор себе позволяет, — в гневе захлопнула книгу Рамона, — подсунуть ей вместо принца фальшивку, оборотня, перевертыша-трансвестита!
Но гнев быстро сменился отчаяньем от неизбежно надвигающегося одиночества. И, закутавшись в одеяло, Рамона тихо заплакала: пусть так, пусть Адольфо будет ей всего лишь другом — лишь бы не быть одинокой. Лишь бы не быть одной, а иметь хотя бы подружку, с которой можно посплетничать на старости лет. Пусть даже этот красавчик Адольфо делится своими переживаниями о непростых отношениях с кузеном.