Войны Московской Руси с Великим княжеством Литовским и Речью Посполитой в XIV-XVII вв
15 конце XV века он делился на две палаты: верхнюю — коронную раду (или сенат), где заседали «можновладцы» — прелаты и высшие сановники Польши и Литвы, а также нижнюю (посольскую избу), где заседали депутаты от шляхты, избранные на сеймиках. Сеймики получили еще большее значение. Они не только выбирали депутатов на вальный сейм, но и составляли для них обязательные наказы. В общем (вальном) сейме депутаты выступали не от своего имени, а как представители сеймиков.
Кстати говоря, Витовт предпринял ряд энергичных мер с той целью, чтобы ликвидировать антагонизм между православными и католиками в Литве. В частности, в 1415 году он учредил автокефальную (независимую) православную митрополию великого княжества с центром в Новогородке (Новогрудке). Митрополитом Литвы он назначил епископа Григория Цамблака, приехавшего из Болгарии. Однако патриарх в Константинополе, — обиженный тем, что «у него не спросили», отказался официально утвердить это назначение.
Тогда Витовт первым высказал мысль о полезности соединения (унии) православной и католической церквей в Литве. Заметим, что это было лет за 20–25 до знаменитого Флорентийского собора! Он даже хотел послать Цамблака на собор в Констанцу, где предполагалось решить вопрос соединения церквей во всей Европе. К сожалению, Цамблак скоро умер, а Витовт так и не назначил ему преемника.
* * *Попутно отметим, что хан Едигей еще вел некоторое время борьбу с Великим княжеством Литовским. В 1411 году он снова взял Киев, ограбил его, разорил все церкви, в том числе Киево-Печерскую лавру, но потом отправил к Витовту посольство с богатыми дарами и следующим посланием:
«Князь знаменитый! В трудах и подвигах честолюбия застала нас унылая старость; посвятим миру остаток жизни. Кровь, пролитая нами в битвах взаимной ненависти, уже поглощена землею; слова бранные, какими мы друг друга огорчали, развеяны ветрами; пламя войны очистило наши сердца от злобы. Вода угасила пламя».
Это послание Едигея (59 лет) произвело сильное впечатление на Витовта (61 год). Он заключил «вечный мир» со своим победителем.
Войны Витовта с Псковом и Новгородом
(1426–1428 гг.)
Литовский князь, как уже сказано, до самой смерти Василия I Дмитриевича оставался его добрым соседом. Умирая (это произошло в феврале 1425 года) Василий «поручил» свою жену Софью и 10-летнего сына (Василия II) попечительству их отца и деда — Витовта. Став опекуном великого князя, и тем самым устранив угрозу со стороны Москвы, Витовт решил, наконец, исполнить свою давнюю мечту — установить контроль над двумя надменными «господами великими», Новгородом и Псковом.
Для начала он вторгся в земли Господина Великого Пскова. 1 августа 1426 года Витовт осадил крепость Опочку. В его войске, кроме литвинов, были наемники (немцы, чехи, валахи), а также татары из дружины свергнутого к тому времени золотоордынского хана Улу-Мухаммеда. Но жители города устроили им ловушку. Они заранее вбили колья в дно рва под мостом к городским воротам, подвешенным на канатах, сами же спрятались. Татары, не видя никого на стенах, толпой бросились к воротам. Тогда защитники обрезали канаты, мост рухнул, много татар упало на колья. Защитники немедленно устроили вылазку и добили раненых.
Простояв после такого конфуза два дня под стенами города, Витовт решил поискать удачи в другом месте. 5 августа его войско подошло к городу Воронач. Защитники крепости мужественно оборонялись три недели, несмотря на то, что литовцы использовали осадные пушки. Но потом случилась ужасная гроза, настолько сильная, что казалось — само небо ополчилось против людей. Витовт, схватившись руками за опорный столб в своем шатре, в ужасе кричал «Господи, помилуй!» Люди тогда были весьма суеверные, от Воронача князь Витовт немедленно ушел.
Под крепостью Котельно четыре тысячи псковичей разбили семитысячный отряд литвинов и татар. У маленькой крепости Велье жители города Острова уничтожили группу татар в 40 человек. Мужественно сражались жители города Врева. Так что легкой прогулки у Витовта не вышло.
Тем не менее, дело кончилось тем, что Псков заплатил Витовту то ли три тысячи рублей (по московской летописи), то ли одну тысячу (по тверской летописи) в качестве выкупа за взятых в плен псковичей.
* * *В 1426 году вассалом Витовта стал рязанский князь Иван Федорович. Вот текст его договора с великим князем литовским:
«Я, князь великий Иван Федорович рязанский, добил челом господину господарю своему, великому князю Витовту, отдался ему на службу: служить мне ему верно, без хитрости и быть с ним всегда заодно, а великому князю Витовту оборонять меня от всякого. Если будет от кого притеснение внуку его, великому князю Василию Васильевичу, и если велит мне великий князь Витовт, то по его приказанию я буду пособлять великому князю Василию на всякого и буду жить с ним по старине. Но если начнется ссора между великим князем Витовтом и внуком его великим князем Василием или родственниками последнего, то мне помогать на них великому князю Витовту без всякой хитрости».
В следующем 1427 году великий тверской князь Борис Александрович тоже стал вассалом Литвы. Договор гласил:
«Господину, господарю моему, великому князю Витовту, са язь… добилъ есми челом, дался если ему на службу… А господину моему, деду, великому князю Витовту, меня, князя великого Бориса Александровича тверского боронити ото всякого, думаю и помощью. Ав земли и в воды, и во все мое великое княженье Тверское моему господину, деду, великому князю Витовту не вступаться».
Итак, Борис Тверской признал Витовта своим господином. Что касается слова «дед», то надо пояснить, что дед Бориса — Иван Михайлович — был первым браком женат на сестре Витовта, следовательно, Витовт приходился Борису двоюродным дедом. В силу этого договора в июле 1428 года Борис Александрович послал свои полки на помощь Витовту в походе на Новгород. На сторону Витовта также перешли князья рязанский и пронский.
Этот поход стал самой масштабной из всех попыток Литвы силой подчинить Новгород и все равно завершился неудачей. Витовту удалось взять Себеж, но крепость Порхов оказала ожесточенное сопротивление литвинам. Они стреляли по крепости из пищалей, тюфяков (род гаубиц) и пушек, однако во время обстрела у них взорвалась самая большая пушка по названию «Галка». При этом погиб немец Николай (Николаус), заведовавший осадной артиллерией, пострадали многие пушкари. В итоге Порхов взять не удалось, после чего идти к Новгороду уже не имело смысла.
Пришлось Витовту ограничиться выкупом за пленных: шесть тысяч рублей с Новгорода, пять тысяч с Порхова и с тем он ушел. По словам летописца, Витовт сказал новгородцам, принимая у них деньги: «Вот вам за то, что называли меня изменником и бражником». Но это он демонстрировал свою браваду: план расширения ВКЛ за счет новгородских земель провалился.
Королевская корона Витовта
Подводя итоги деятельности Витовта, отметим, что он разными способами — мирными и военными — присоединил к ВКЛ обширные территории на востоке: Смоленскую, Орловскую, Калужскую, Курскую и Тульскую земли. Граница между Литвой и Москвой теперь проходила восточнее Вязьмы, в районе Можайска. На юге Витовт присоединил Нижнюю Подолию — земли между нижним течением Днестра и Днепра. Таким образом, Великое княжество Литовское в те времена простиралось от Балтийского моря на северо-западе до Черного моря на юге. При этом более 90 % населения государства составляли славяне.
К концу жизни Витовт нейтрализовал двух главных противников Литвы — Тевтонский Орден и Московскую Русь, а Рязанское и Тверское княжества превратил в своих вассалов. После этого он вполне логично решил исполнить давню мечту: окончательно и бесповоротно покончить с зависимостью от Польши.