Попутчик, москвич и водитель (СИ)
- Давай ещё картошки сыпанём тогда. Для надёжности.
- Тебе надо, ты и бери. А мне и этого за глаза. Я тебе чего верблюд одногорбый, сумищу такую таскать?
- Ладно, не ной, так пойдём. Надеюсь не сдохнем с голода - по дружески хлопнув меня по плечу, покровительно сказал Степан Сергеевич.
- Ну вы на него посмотрите? Я же ещё и ною. Ты лучше решай под каким из кустов будешь ласточку свою прятать?
- Это то я уже давно решил. Давай вон под тот её затолкаем, там ветки по размашистей, маскировать легче будет - указав рукой на ближайшее растение, сказал старик.
- Ну под тот, так под тот. За руль садись и поехали.
Перед тем, как тронуться в путь я скинул с себя ветровку, от которой в такой жаре, что здесь установилась, толка никакого, взглянул на часы, чтобы знать, когда можно будет делать первый привал, мысленно пожелал нам счастливого пути и только после этого скомандовал:
- Ну пошли, что ли?
Теперь важно не сбиться с направления, не забрести в какие нибудь дебри, на первом же десятке километров и не нарваться на гиблое место, а с остальным справимся, даже несмотря на то, что мы с моим спутником городские жители, в третьем поколении.
Глава 2
Легко и непринуждённо прошли лишь первые триста метров, ну от силы четыреста. Потом продвижение замедлилось. На нашем пути стали появляться природные барьеры, в основном в виде густых зарослей, заходить в которые я ни при каких условиях не собирался и странного вида мелких, не соединяющихся между собой, болот, серая жижа которых мало бы кому понравилась. Когда преодолели примерно километра четыре, если считать по прямой, желание и дальше продолжать кормить своей кровушкой просто озверевших комаров, у меня окончательно исчезло. Я не выдержал их издевательств над открытыми участками своего тела, на которых уже не оставалось живого места и объявил привал.
- Давай костёр Сергеич разожжём, что ли? Сил моих больше нет терпеть этих кровопийц - выбрав место посуше, предложил я своему спутнику, как мне кажется уставшему не меньше моего.
- Ну давай если считаешь, что пора. Отдохнуть я не против, а вот на счёт комаров не знаю, ко мне они не липнут чего то. Видать староват я уже для них.
- Да не в молодости дело. Ты на меня посмотри и на себя. Я чувствую, что красный, как рак, потому что существо теплокровное и во время ходьбы выделяю энергию, а ты бледный, будто бы из тебя вампиры всю кровь давно уже выпили, вот они на тебя даже и не смотрят. Кому такой нужен? А молодой или нет, это здесь ни при чём.
- Ну тебе виднее. Я что? Обычный слесарь, пятого разряда. А ты продавец бытовой техники, да ещё старший - хихикнув, высказался Степан.
Порассуждав на тему: кто из нас, неучей, умнее, стали собирать сухие дрова в изобилии валявшиеся прямо под ногами. Когда же костёр разгорелся накидали в него свеженаломанных веток, прямо с зелёными листьями, дав образовавшемуся, в следствии этого, белому дыму окутать всю ближайшую округу.
- Вот вам, сволочи! Сдохните, кровососы проклятые! - создавая вокруг себя туман и яростно рубя воздух огромным веником, орал я, выплёскивая наружу нестерпимый зуд охвативший лицо и кисти рук.
- Да сядь ты уже, успокойся. Нет никого, разлетелись все - посоветовал мне дядя Стёпа. - Лучше прикинь, километров пять оттопали?
- Если считать все повороты и обходы, то, наверное, и больше этого прошли. А по прямой четыре наберётся, так и это очень хорошо будет - приняв предложение присесть, высказал я свое мнение относительно пройденного расстояния.
- Да. Прав ты был. Точно, пошли бы в горы там бы я и остался - тяжело вздохнув сказал Степан Сергеевич.
- Устал что ли сильно? - поинтересовался я самочувствием пожилого человека.
- Да не так чтобы сильно, но скрывать не стану, тяжеловато мне дались эти пять километров.
После обеда привалы приходилось делать чуть ли не через каждый час ходьбы. А ближе к вечеру старик совсем сдал и поэтому на окончательную стоянку стали в начале восьмого, хотя вчера планы у меня были совсем другие. Я рассчитывал встретить кого нибудь из мыслящих существ ещё до обеда, а в случае возникновения с этим проблем, собирался топать до самой ночи. Ни то, ни другое не сложилось, тем самым ещё раз подтвердив народную мудрость, в моей интерпретации звучащую примерно так: "Заранее ничего загадывать не стоит".
- Ты слишком много сил на зарубки тратишь - сделал я выговор своему спутнику, когда мы уже сидели у тлеющего костра и с аппетитом наворачивали печёную в углях картошку. - Ну вот какого лешего ты их через каждые сто метров ставишь?
- Какого? А кто меня обратно к машине выведет? Ты что ли? Или ты думаешь я её там на вечно оставил?
- Ой, да ладно. Чего тут запоминать? Лес обошли, через поляну с молодыми берёзами протопали, четыре болота обогнули и всё. Так то в основном по ровному месту идём и направление нам известно, я его через каждый час сверяю.
- Это ты сегодня такой умный, а через десять дней забудешь всё на свете и чего тогда? Нет, как там говориться: "На товарища надейся, а сам не плошай". Ставил зарубки и буду ставить, ровно через сто пятьдесят шагов.
- Ну так взял бы тогда топор с собой. Чего его в багажнике оставил. Ножичком то своим уж сильно долго возишься. И с чего это ты вдруг решил, что мы десять дней топать будем?
- Твою мать! - вдруг выругался Степан Сергеевич, сильно хлопнув себя по колену и наплевав на мой серьёзный вопрос.
- Ты чего? - спросил я, впервые услышав от вроде бы культурного человека, такое неприличное выражение.
- Багажник забыл на ключ закрыть! - ещё громче воскликнул он. - Чё теперь делать?! Возвращаться?!
- На хрена? - возмутился я такому вопросу, больше похожему на предложение. - У тебя чего там, золото, бриллианты спрятаны, чтобы столько пройденных километров псу под хвост кидать?
- Аппарат самогонный, у меня там лежит, в брезент, завёрнутый! Золото! Бриллианты! От него по более пользы будет, чем от твоего золота! Да был бы только он, там ещё почти восемьдесят литров чистейшего первача стоит, в канистрах и трёх литровых банках. Всё лето гнал. Ну твою же мать! А всё ты, харя любопытная! Вот чего ты хотел в багажнике моём увидеть? Чего свою морду совал туда, когда я его открыл?
- Да ладно. Не убивайся ты так. Кто его выпьет? Вон сколько протопали и ни одного человека не нашли - стал я успокаивать старика, не обращая внимания на его претензии ко мне.