Колдолесье (ЛП)

 - Ужасная рана, не правда ли? – поторопил его Амбитас, неправильно истолковав причину растерянности Мордиона.
 По крайней мере, в этой части дела Мордион разобрался.
 - Действительно, ваше величество, - произнес он, сильно прикусив щеку, чтобы остановить смех, начавший прорываться в его голосе. – В моей сумке есть бальзам, который может облегчить ее, но могу сказать наверняка: от такой раны вы не исцелитесь.
 - Но ввиду моей приближающейся свадьбы… - снова подтолкнул его Амбитас.
 - Было бы нечестно по отношению к вам и вашей леди жениться прямо сейчас, - согласился Мордион.
 Ему пришлось важно погладить бороду, чтобы скрыть, как его губы пытаются растянуться в улыбке. Хотел бы он рассказать об этом Энн!
 - Ввиду серьезности того, что я здесь вижу, я бы советовал вам отложить свадьбу по крайней мере на год.
 Амбитас вытянул обе руки и вцепился влажными ладонями в запястье Мордиона.
 - Год! – восторженно воскликнул он. – Как долго ждать! Мой дорогой маг, как я могу тебя вознаградить за столь профессиональный совет? Назови любой дар, какой желаешь.
 - Мне ничего не надо. Но мой юный помощник хочет учиться на рыцаря. Если ваше величество…
 - Согласен! – воскликнул Амбитас. – Я немедленно отдам Бедеферу приказ на этот счет.
 Мордион поклонился и практически спасся бегством из жаркой королевской спальни. Некоторое время он сражался с рвущимся из него смехом. Остатки приличия говорили ему, что не следует смеяться над королем. Кроме того, он должен найти Чела и передать ему хорошие новости. Но вскоре Мордион уже не мог идти, поскольку его начало шатать. В итоге ему пришлось упасть на первый же пустой лестничный пролет, до которого он смог добрался, и сев на каменных ступенях, он почти взвыл от смеха. Ему казалось, что никогда в жизни смех не доставлял ему столько удовольствия.
 -4-
 Моргана Ла Трей стояла в найденной ею комнате в башне, которую она приберегала для себя. Оккультные символы, нарисованные на стенах, мерцали в свете окружавших ее черных свечей. Миска с углем дымилась в центре комнаты, наполняя ее дымом и запахом горящей крови.
 - Баннус! – позвала Ла Трей. – Явись мне. Баннус, я велю тебе явиться!
 Она ждала в удушающем дыме, распространявшемся из миски.
 - Я приказываю тебе, Баннус! – произнесла она в третий раз.
 Позади дыма возникла яркость – яркость, которая была очень чистой и белой, но отбрасывала тусклое красное свечение на своды потолка. Красноту, похоже, вызывала алая ткань, покрывавшая большую плоскую чашу, парящую позади дыма.
 Моргана Ла Трей победоносно улыбнулась. Она сделала это!