Моя граница — подоконник
Обратный путь из Зёммерды я не помню, да и саму Зёммерду припоминаю смутно. Поля, дома, кусты. Проселочная дорога. Магазин с вывеской: «Предприятие государственной торговли». Может, мы побывали вовсе и не в Зёммерде, а близ Зёммерды, я этого не исключаю, потому что такой крошечной, какой мне показалась тогда Зёммерда, она быть не могла. Зато я очень хорошо запомнил, как с одной из двоюродных или троюродных сестер, которая была на голову выше меня и уже в переходном возрасте, во время похорон дяди Вальтера играл в игру, состоявшую, по сути, в том, что мы лепили друг другу пощечины до тех пор, пока у меня не запылали щеки и я чуть не расплакался. Вот была тупейшая игра, и почему-то у меня одного полыхали щеки и я один был на грани слез, хотя старался лупить кузину по щекам так же сильно, как она лупила меня. Будь я на годок-другой постарше, так сумел бы отбиться, и задним числом я порой думаю, что надо было залезть ей под свитер или еще куда, вот бы и у нее щеки загорелись, но тогда я этого не знал.
3Моя граница была в Штеглице, на четвертом этаже торгового центра под названием «Форум Штеглиц». Я жил совсем рядом, так что в известном смысле от меня было лишь несколько метров до Восточной зоны и соответственно до ГДР. В «Форум Штеглиц» я и без того ходил за покупками, покупал книги, продукты, одежду, там размещалось туристическое бюро, переговорный пункт и что-то вроде рынка — овощи, рыба, мясо. Даже палатку, где жарили рыбу, и ту можно было отыскать. Рыбу в торговом центре я ел редко, зато регулярно поднимался на третий этаж в нотный магазин, где бренчал на выставленных пианино и электропианино. Но когда меня тянуло в Восточный Берлин, в ГДР, в «На три части — никогда!» и прочее, то мне всего-то и надо было покинуть нотный магазин, подняться по эскалатору еще на этаж выше и зайти в агентство по оформлению гостевых и туристических поездок в ГДР.
По сути, я и теперь не могу взять в толк, как это в «Форуме Штеглиц» могло размещаться подобное агентство. Ведь это агентство являлось до некоторой степени территорией ГДР. Прямо посреди западного общества потребления. Между обувью «Такк» и книжным магазином «Монтанус». Однако там был доподлинный Восток. Вовсе и не обязательно ехать на Фридрихштрассе и унижаться во «дворце слез» перед гэдээровскими пограничниками. То же самое можно устроить в «Форуме Штеглиц». И даже насладиться запахом печально известного чистящего средства «Вофасепт». Ни к чему из Шёнефельда лететь в Рим авиакомпанией «Интерфлюг» [2], чтобы, гуляя под пальмами и меж колонн, убедиться, как от тебя несет ароматом именно этого чистящего средства. Всего-то и надо заглянуть в агентство по оформлению гостевых и туристических поездок в ГДР, а это любой житель Штеглица мог осуществить очень быстро и между делом.
Нет, посещение агентства в «Форуме Штеглиц» вовсе не принуждало к посещению Восточного Берлина или ГДР. Даже заявление заполнять не требовалось. Достаточно было предъявить на входе удостоверение личности и получить анкету для однодневной визы в Восточный Берлин, приобретя таким образом неограниченное право находиться в приемной агентства по оформлению гостевых и туристических поездок. Никто не проверял, сдана анкета или нет. Ведь можно и передумать. Анкета ни к чему не обязывала. Можешь сидеть тут с утра до вечера, овеянный дыханием истории. Ледяным, замечу, дыханием. Дыханием бюрократии тоталитарного госсоциализма. Дыханием «штази». Дыханием приказа: «Стрелять!» Или дыханием «На три части — никогда», доносившимся сюда с Запада. Можешь выдохнуть его струей в лицо гэдээровскому служащему, отдавая анкету для визы. А у кого не было сильной аллергии на ГДР, тот мог воспользоваться пребыванием в агентстве для меланхолических мечтаний, как я и делал порой. Тогда мне вспоминалось Руппинское озеро, где я однажды побывал, и подгнившие деревянные мостки, ивы на озерном берегу, облака и ветер, булыжная мостовая в Нойруппине, аптека Фонтане [3], летняя жара, проселки и аистово гнездо.
4— С сегодняшней точки зрения сам факт открытия агентства по оформлению гостевых и туристических поездок в «Форуме Штеглиц» кажется свидетельством упадка. Конечно, на любом обычном для Западного Берлина пустыре, какие остались еще с войны и использовались для торговли подержанными автомобилями, могли выстроить для агентства истинно гэдээровский барак. Крашеный в грязновато-зеленый или в бежевый цвет. Как микроавтобусы фирмы «Баркас», которые утром привозили служащих в «Форум Штеглиц», а вечером увозили. Я их видел десятки раз. Но ГДР явно не хотела больше строить бараки. Во всяком случае, в Штеглице. Ни грязновато-зеленые, ни бежевые. ГДР хотела в «Форум Штеглиц». Социализм, который хочет в «Форум Штеглиц», сам отнимает у себя последние силы. До старости ему не дожить. Так бы я думал, будь я тогда посмышленее. Но смышленым-то я не был. Сознаюсь, я думал главным образом о своих кузинах. Особенно о Лолите.
© Перевод М. Зоркая