Фантастика 1988-1989

— Тебе нужно горе на миллион?
— Лучше на копейку…
— Тебе нужно горе на копейку? — удивился один из сбитых с толку прохожих.
— Мне и на копейку горя не нужно, — ответил не менее такой же.
Старик вздохнул, провожая взглядом удаляющуюся парочку, и прошептал:
— Спасибо вам и на этом…
Он снова перекинул через плечо лямку и, напрягаясь до дрожи в ногах, оторвал сундук от земли.
«Выдается горе! Настоящее горе! Безутешное…» — начал было выкрикивать старик, но внезапно замолчал. К нему подходил молодой, но уже поседевший человек. Он шел, казалось, лишь для того, чтобы нести боль, которая застыла в его глазах.
— Вы не отдадите мне горе? — спросил он старика, четко выговаривая каждое слово.
— На сколько вам?
— Все горе, которое у вас есть.
— На миллион?
— Все горе, какое у вас есть.
Старик внимательно посмотрел на него и тихо, но твердо ответил:
— Тебе, парень, я не дам ни копейки.
— Но почему же? Вы же сами только что предлагали?
— Проходи, дружок, проходи… — посоветовал старик, положив руку на мощное плечо молодого человека, — будь умницей, иди…
Затем, сморщившись, подавив стон, заковылял в сторону, шаг за шагом, с трудом переставляя ноги.
— Я могу вам помочь нести сундук! — прозвучало сзади, заставив старика остановиться и оглянуться.
— Ты?.. — удивился старик и нахмурился. Крепко о чем-то задумавшись, но, наконец, ответил: — Ты можешь…
Уже вдвоем, подставляя под одну лямку такие неравные по силе плечи, они несли свой тяжкий груз. «Выдается горе! Настоящее горе! Безутешное…» — начинал выкрикивать старческий голос. «Выдается за деньги! Чем больше горя вы у нас возьмете, тем больше денег за него получите!» — подхватывал молодой сильный, но еще неуверенный голос.
И в тот момент, когда два странных человека начали горе мыкать сообща, неожиданно сверкнула молния, раздался гром и хлынул фонтан.
«Дождь пошел кверху ногами! Дождь пошел кверху ногами!» — раздавались крики на улице, и заметавшиеся в панике прохожие по привычке раскрывали зонтики, но от этого, понятно, становились мокрее. Наиболее быстросоображающие и предприимчивые из них вскакивали на лавочки и, обращаясь друг к другу, не скрывали своей радости: «Хорошо, когда есть крыша под ногами!»
— Дождь пошел, — обратился молодой человек к старику, посмотрел вверх, подставляя лицо крупным теплым каплям.
— Да… да… — ответил тот, улыбнулся и поправил своего спутника, не дождь, a целый ливень…
Приоткрыв крышку сундука, он достал зонт, раскрыл его, и капли самого настоящего летнего ливня бойко застучали по крыше над их головами.
 
КОСМИЧЕСКИЕ
ЯМБЫ
ГАРОЛЬД РЕГИСТАН
●
 
КОСМИЧЕСКИЕ ЯМБЫ
1
Пускай ученые куражатся,
Раздев частицы догола.
Пускай им, очень умным, кажется,
Что тем частицам нет числа.
Пускай, как в куклы,
В относительность
Всю жизнь играют чудаки.
Проста суровая действительность.
И всем Эйнштейнам вопреки
Последний век — есть и у вечности.
И у бессмертья — смерть удел.
И есть конец — у бесконечности.
У беспредельности — предел!
2
Где взять на вечность разрешенье?!
Проси ее иль не проси —
Земля вершит свое вращенье
Вокруг придуманной оси.
Как будто глобус крутит кто-то,
Ладонью жесткою гоня.
И каждым новым оборотом
День вычитает из меня.
Земли корявая громада
Летит в космическую даль.
И ничего-то ей не надо.
И ничего-то ей не жаль.
Да и откуда взять ей жалость —
Пять миллиардов лет она
Сквозь вечный мрак и холод мчалась.
И столько же лететь должна,
Пока сорвется атмосфера,
Погибнут травы и зверье…
Так почему ж всесильна вера
В то, что бессмертно бытие?!
3
Пускай не стоит ни черта
И вызывает смех порою
Моя слепая доброта
И жажда жертвовать собою.
Когда в насмешку слышу злость,
Мне только больно и печально, —
Я на земле всего лишь гость.
Причем не званый, а случайный.
И все же в дом она меня
Ввела.
Поля как стол накрыла.
Сияньем солнечного дня
И женской лаской озарила.
Так как же не воздать добру
Добром
За счастье жить на свете…
А в то, что все-таки умру,
Не верю,
Как не верят дети.
4
А то, что смертью мы зовем,
Всего лишь — краткий миг распада.
Но миг прощанья с бытием
И есть, наверно, вечность ада.
Когда, молекулы круша,
Оскалясь в диком крике немо,
Из тела рвется
Не душа,
А электрическая схема.
Еще в той замкнутой цепи
«Я» — существуя —
Формы просит.
Но вдаль, как ветер пыль в степи,
Ее вихрь Времени уносит.
Она еще жива. Жива.
И видит дом. И видит поле.
По ней неслышные слова
Скользят, исполненные боли.
Но первой же грозы удар
По этой схеме оголенной
Цепь разорвет.
И жизни в дар
Падут на землю электроны.
5
А физики все ищут гравитон.
Он должен быть —
Теории согласно.
Эксперименты сложны и опасны,
Но — хоть планета вдрызг! —
Найдется он.
Нашли же даже кванты, черт возьми!
Пересчитали странные частицы…
Куда, куда он мог запропаститься?!
Тут всем рискнешь —
Планетой и людьми.