Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне

В 1946 году вышел сборник его стихотворений «На сурмах баравых», в 1959 — «Барвовая заря».
  
457. АЛАЯ ЗАРЯ
 
 
Вот и кончилось детство, Коля.
 
А. Сурков
 
 
 
Лесная тропинка
 
Следы свои ловит:
 
Из елей покажется —
 
Скроется в лозах.
 
 
 
То вся встрепенется,
 
То выгнется спинкой —
 
На взгорье стремится
 
Из тихой лощинки.
 
 
 
На взгорье рябина
 
Кивает головкой,
 
Рябину проведал
 
Соловушка звонкий.
 
 
 
Таинственно шепчет,
 
Ведь знает он издавна,
 
Куда ты зовешь меня,
 
Алая, из дому.
 
 
* * *
 
 
Я б отдал многое, лишь только б
 
Сказал мне предпоследний гром:
 
О ком поешь; ты утром колким,
 
Грустишь прохладным вечерком?
 
 
 
Кого глазами ты встречаешь,
 
Кого приветствуешь в окно
 
И перед кем ты рассыпаешь
 
Улыбок щедрое зерно?
 
 
* * *
 
 
Снежинки слабые летали,
 
На лоб, на губы опадали.
 
Я им завидовал,
 
А смел бы,
 
Своим теплом
 
Тебя согрел бы.
 
 
* * *
 
 
Тобою всё здесь очаровано:
 
Едва окрепшие дубки,
 
И сад с окраинами росными
 
На берегу крутой реки,
 
 
 
И утонувший за курганами,
 
Снесенный паводком паром,
 
И любящее песню страстную
 
Моих надежд и дум перо.
 
 
 
Но нет тебя.
 
И горечь в сердце
 
Струится капельками рос.
 
…С дубками о тебе беседуя,
 
Я нынче загрустил до слез.
 
 
* * *
 
 
Стал бы стройною сосенкой,
 
Прошумел бы над тобою,
 
Когда к речке ранью звонкой
 
Ты идешь густой травою.
 
 
 
Может, на меня, родная,
 
Вскинула б глаза, что зори,
 
Ясные, как небо мая,
 
Голубые, как озера.
 
 
1940
 
  
458. «О тебе не ведал, не гадал…»
 
 
 
О тебе не ведал, не гадал
 
И души предчувствием не мучил,
 
А увидел — да и в плен попал,
 
Хоть к неволе жизнью не приучен.
 
 
 
Мне сдается, что таких, как ты,
 
Солнце не встречало возле хаты —
 
О таких на скрипках золотых
 
Пели сказочные музыканты.
 
 
 
Скажут, это выдумка моя,
 
Может, так — не думаю перечить.
 
Не могу противиться и я
 
Слабости, до капли человечьей.
 
 
 
Про тебя, избранницу мою,
 
Расскажу я зорям, будто людям,
 
Лес попросит — лесу пропою,
 
Никому отказано не будет.
 
 
 
Тишина. Улегся майский шум,
 
Шум весны у радостных селений.
 
Странно как-то: год тебя ношу
 
В самом сердце — и без позволенья.
 
 
1940
 
  
459. «Ты — как вода для иссохшей земли…»
 
 
 
Ты — как вода для иссохшей земли,
 
Как моряку — горизонт, еле видный.
 
Крикнуть? — Ветра́ передать не смогли б.
 
Плакать? — Но перед березами стыдно.
 
 
 
Сказку придумать? — Не выйдет на лад.
 
Песню сложить? — Но не сложится песня.
 
Сон мой опять как рукой ты сняла —
 
Снова я там, у околицы вешней.
 
 
 
Думал я:
 
Путь беспрерывных боев
 
Молодость сердца умолкнуть заставит,
 
Может, его у родимых лесов
 
Пуля пронзит или бомба раздавит.
 
Мысли, как дым, всё плывут волокном
 
В наше село, к его краскам неброским.
 
Веткой береза царапнет окно —
 
Как на тебя, я гляжу на березку.
 
 
1941
 
  
460. МЕСЯЦ РАНЕНЫЙ
 
 
 
Месяц раненый скрылся в лесу,
 
Бор в снегу — поседелый будто.
 
Не стихай же, секи по лицу,
 
Нашей полночи ветер лютый!
 
 
 
Градом выморозь каждый вдох,
 
Черным дымом заполни веки,
 
Чтоб захватчик ослеп, оглох,
 
Чтоб и след замело навеки.
 
 
 
Чтобы вражьих зрачков огни,
 
Стекленея, летели мимо.
 
Не жалей их, метлой гони
 
Из просторов отчизны милой.
 
 
 
Нагоняй на них лютый страх,
 
Белорусских равнин раздолье.
 
Месяц раненый скрылся в кустах,
 
А буран свирепеет в поле.
 
 
1941
 
  
461. ПИСЬМО К МАМЕ
 
 
 
Возле хаты твоей сосновой —
 
В серых скатках, в ремнях солдаты.
 
Повстречай ты их добрым словом
 
И попотчуй их, чем богата.
 
 
 
Сыновья, дорогая мама,
 
Покидают, идя на запад,
 
Рощи, полные птичьим гамом,
 
Знойных пасек медвяный запах,
 
И поля с золотою рожью,
 
Сеном пахнущие навесы,
 
Травы, полные влажной дрожи,
 
Нецелованную невесту.
 
 
 
Может, в яростный час атаки,
 
Успокоенный пулей вражьей,
 
Не один из них мертвым ляжет
 
У окопов на буераки.
 
 
 
Ты закрой им глаза
 
И мятой
 
Щедро выстели их могилы,
 
И поплачь, как над сыном милым,
 
Ранью майскою синеватой.
 
 
1943