Экспертиза

Хорош редактор - чуть было не взялся за экспертизу вечного двигателя! Локоть заныл нестерпимо. Слава Богу, я начальник, а босс всегда может поднять себе тонус работой. 
О, как я орал! Грозный и неумолимый, как железнодорожное расписание, нависнув над бедными женщинами, я громыхал, я указывал, я буквально стирал в порошок своих подчиненных. В общем, руководил. Люся затихла мышонком. Тамара поедала меня восхищенным взглядом. Она обожала такие минуты. Поставив своих дам на место по крайней мере на год, я закопался в рукопись. 
Прошло минут пять. По чадящей мастерской восемнадцатого века разлился запах растворимого кофе и, растолкав тени мужиков да баб, перед глазами нарисовалась джинсовая юбка. И девчачьи коленки. 
- Василий Сергеевич, - Люся заерзала на краешке стола. 
- Чего? 
- Ваш кофе и бутерброд. 
- Спасибо. 
- Василий Сергеевич, миленький, Посмотрите его бумаги... 
Я потер локоть. 
- И не подумаю. 
- Хотя бы таблицы. 
- Люся! Что сие значит? 
- Я утром случайно заглянула в портфель, одним глазочком. Знаете, после этого совсем зауважала - я там ничего не поняла! Что-то о вакууме... 
- Это все? 
- В том-то и дело. В дырке подкладки я нашла его моментальное фото. Никогда не догадаетесь, где он снят! 
- Швы не забыла распороть? 
Люсьен отмахнулась и для пущего эффекта вытаращила глазки - зрелище, доложу вам, не для холостяков. 
- Он снят на фоне Эйфелевой башни, Василий Сергеевич! 
- Ясно. Там, слева, плюшевые львы должны быть - у кооператоров снимался. 
- Да ну вас. Это настоящий Париж - мне ли не знать. Париж - это... 
Кто есть и откуда пошли люди русские? Величайшая загадка истории наполовину разъяснилась. Арии, сколоты, этруски (этрусские!) - от них выводят славянские корни ученые мужи. Не знаю. Насчет всех славян не уверен. Но прародину славянок укажу - Лютеция. 
- Париж, как интересно... - борясь с зевотой, я попытался изобразить требуемую эмоцию. 
Люсьен полностью утвердилась своим мини-плацдармом на столе и болтала ногами. 
- Итак, шеф, что будем делать? 
Я посмотрел на коленки, на дверь. 
- Хорошо, Люсечка. Возьму домой эту пор-р... этот портфель и посмотрю, что он там наваял. 
Удивительно, но до конца рабочего дня мы работали. Да я еще часок прихватил. Не забыл и портфель. 
Неделя промелькнула птицей в окне, утомив трудами и ожиданием понедельника. Хорош денек для экзамена? Тут грудь теснит, жена черная стала, а Игорек знай себе улыбочки строит, сопляк. Что-то будет сегодня? 
Дверь открылась, едва мои дамы упорхнули в универмаг, ровно в полдень. Хоть часы сверяй. Чтобы не застонать, пришлось ухватиться за челюсть. 
- Прошу вас, усаживайтесь, - еле слепил улыбку на лице, надо всерьез обсудить вашу рукопись. 
Надо ли говорить - я о ней вчистую забыл! 
Мужик сел. Выглядел он не рассеянным, нет. Просто у него были глаза человека, отправляющегося в очень дальнее путешествие. 
- Вы далеко не глупы - позвольте прямо сказать: вечный двигатель невозможен. Это нарушение законов природы. 
- Само собой. Но я... 
- Будьте скромней. Выслушайте человека с высшим техническим образованием. 
И я пустился в рассуждения об энтропии, законах термодинамики, принципе Паули и прочая. К концу лекции мой лесник выглядел так, будто его приговорили к пожизненному проживанию в городе. 
- Все поняли? 
- Да. 
- Мой вам совет - займитесь тем, что умеете. Травки там собирайте, зубы заговаривайте. Рукопись я завтра верну. 
Гость покачал головой. 
- Так вы за ней вернетесь? 
- Может быть. 
- И когда? 
Он повернулся от двери. 
- Лет эдак через двадцать. 
- Простите... 
- Эх вы! Последняя надежда была на вас, русских. А насчет сына не волнуйтесь - все у него будет в порядке. 
И ушел. 
Впервые в жизни меня смогли напугать закидоном цыганского пошиба. Всеми ребрами я почувствовал молотящее сердце. Успокоился в восемнадцатом веке. 
По приходу домой первым делом отыскал портфель, прихватил мусорное ведро и направился к выходу. Историю вечного двигателя надо было доводить до логического конца. Шаги внизу - легкие, частые. По ступенькам взлетел Игорек. 
- Пять! Собирайте на сельхозработы! 
Когда переполох в квартире улегся, вспомнил о черном портфеле. 
Очнулся не скоро - за окном серел рассвет. Не читая, перелистнул последние страницы и ... закурил. Всю жизнь я давил в себе мечту о настоящем великом деле. Сколько лет боялся и мучился, заставляя себя просто жить. Глупец. Судьба дарит один шанс за жизнь. Такой шанс. Нет! Да-ри-ла. 
Проект был не просто чудом, а вкуснейшим интеллектуальным блюдом. Плавающие константы, условно-знаковая математика, нестандартная топология, полтора мнимых измерения плюс совсем уж непонятные навороты делали проект невероятно дерзким и гармоничным. 
Он не технологий искал, а нашего извечного презрения к мировым законам. Где же тебя носила годков эдак восемьдесят тому назад, родимый? 
От внезапной мысли я усмехнулся. Экспертиза таки состоялась! И теперь я точно знал, КТО ее проводил. 
Взойти на холм... вовсе не обязательно, если хочешь узреть вечный двигатель. Тихо, чтобы не разбудить сына, я вышел на балкон. Над крышами краем показалось солнце. В небе гасли последние звезды. Наша старенькая, примитивная модель перпетуум-мобиле, Вселенная, сияла во всей красе над моей головой.